Недавно на Украине пафосно отметили годовщину смены правящей элиты и бегства бывшего Президента. За этот год страна начала сползать в бездну по многим направлениям. Хочется оставить в стороне политические и экономические аспекты и коснуться одной очень важной сферы. Речь идет об украинской науке.

Сегодня украинская наука переживает наихудшие времена за весь период своего существования. Осталось далеко в прошлом лидерство украинских НИИ на мировой арене. Былые достижения утратили всякую ценность, новое не создается, проведение позитивных реформ на фоне существующей политической ситуации – невозможно. Если в домайданный период научная сфера еще худо-бедно держалась на плаву, как старая рыбацкая лодка, то налетев на корягу «революции достоинства», получила пробоину и теперь медленно погружается на дно. Даже самый отчаянный оптимист понимает, что при существующем финансовом положении, украинская наука скоро достигнет дна. Еще никогда ситуация в НАНУ не носила столь угрожающий характер, как в наши дни. Достаточно лишь вдуматься в тот факт, что финансирование науки на Украине скатилось до уровня африканских стран. Спасти ситуацию может лишь возобновление денежного вливания в сферу на прежнем уровне, а с учетом падения курса гривны, это нужно помножить надвое. Но в нынешних условиях, когда все бюджетные средства уходят на военные нужды для проведения боевых действий в зоне АТО, о выделении финансов для науки говорить не приходится. Решение президента увеличить расходы на оборону за счет науки рискует привести к краху саму систему НАН. В случае продления войны на Донбассе, развал сферы неизбежен.

Уже сейчас на наших глазах происходит закрытие целых научных учреждений по Украине. Картина опустевших научно-исследовательских институтов, помещения которых нередко сданы в аренду частным фирмам, юридическим конторам и ремонтным мастерским, становится обыденным явлением. У НАН не хватает средств даже на оплату коммунальных платежей. Деньги на горячую воду и электричество изымаются из фонда зарплат или из средств, полученных за аренду помещений. Происходит активная распродажа имущества НАНУ, дорогостоящее оборудование спускается за безценок. Помимо этого, приостановлены зарубежные командировки, ученым не выделяют средств на посещение международных конференций, что создает своего рода железный занавес для украинской фундаментальной науки и невозможность обмена опытом. Как известно, международное научно-техническое сотрудничество, заключение контрактов на исследования с иностранными организациями, является методом получения дополнительных средств для выживания научных институтов. В условиях отсутствия возможности участия в международных исследованиях, в проектах по обмену кадрами, усиливается кризис науки. Она оказалась убыточной и невостребованной, что отталкивает потенциальных инвесторов, в том числе зарубежных. Западные гранты не выделяются на отсталую украинскую науку. Отечественный бизнес также не стремится вкладывать средства в украинские инновационные проекты. В результате, разработки украинских ученых становятся бесплатным достоянием других стран и возвращаются на Украину уже в виде готовых товаров.

Развития фундаментальной и прикладной науки не наблюдается. Проведение значимых наукоемких исследований невозможно в силу отсутствия современной материально-технической базы. Если в развитых странах срок работы оборудования 5 – 7 лет, то украинские институты работают на оборудовании 50-летней давности. Десятилетиями повторяются старые, утратившие ценность советские разработки, плодится макулатура из ничего не значащих отчетов и исследований того, что уже было исследовано 20-30 лет назад. Падает качество работы украинских ученых. Сейчас по цитированию научных работ Украина занимает 41 место в мире, Россия по данному показателю занимает 18-е место, Польша – 25-е. Помимо сокращения государственного финансирования, происходит сворачивание совместных российско-украинских исследовательских программ. Финансирование фундаментальных научных исследований не превышает 0,1% ВВП, для сравнения в других странах СНГ данные расходы составляют 0,5-0,6% ВВП, в развитых странах – 2-6% ВВП, т.к. только начиная с 1%, наука дает экономический эффект. Все это приводит к уничтожению научной деятельности на Украине. Резкое сокращение расходов на науку из бюджета уже сейчас привело к необратимым последствиям. Недофинансирование ряда отраслей уже скоро вызовет упадок высокотехнологических направлений, падение производства и конкурентоспособности страны на мировом рынке. Процессы массового оттока молодых квалифицированных украинских специалистов в Западную Европу и Россию усиливаются, в результате чего существенно беднеет интеллектуальный потенциал страны. Так, на сегодня из 45 тысяч человек, работающих в НАНУ, 70% составляют сотрудники пенсионного и предпенсионного возраста, неспособные овладевать новыми технологиями и проводить исследования на современном уровне. Украина через 10-20 лет рискует превратиться в страну дешевой рабочей силы и обслуживающего персонала.

Здесь не лишне вспомнить то, как в период прошлогоднего Евромайдана научные работники были едва ли не в авангарде «революции достоинства». Столичные (и не только) НИИ почти в полном составе шли на баррикады. Кое-где сотрудников в приказном порядке заставляли участвовать в протестах, оказывать материальную помощь активистам майдана, составляли списки тех, кто отказывался принимать участия в данном действе, кое-где проводились увольнения на этой почве. Руководство институтов намекало нерадивым сотрудникам, что надо «идти в ногу со временем», либо искать «другое применение своим способностям». И вот сейчас пришло время пожинать плоды. Хорошую «науку» для отечественной науки преподнес Евромайдан. Новый бюджет на 2015 год окончательно развеял иллюзии по поводу работы украинских НИИ в прежнем режиме. Уже отменены доплаты за выслугу лет, за научные звания, ученые степени и другие надбавки за разработки, различные премии, награды. Доктора наук и профессора, получавшие по 10-15 тыс. гривен теперь будут получать в три раза меньше. Повышенные пенсии академиков будут урезаны в 2-3 раза. Уровень оплаты работников системы НАН Украины в разы меньше по сравнению с оплатой в других сферах. Зарплаты инженерного состава и младших научных сотрудников опустились ниже прожиточного минимума. Также проводится масштабное сокращение рабочих мест, введение неполной рабочей недели, людей заставляют уходить в длительные неоплачиваемые отпуска. На фоне роста цен, падения гривны, все это станет настоящей катастрофой для работников системы НАН. Примечательно, что на Украине расходы на одного ученого втрое ниже, чем в России, в 18 раз ниже, чем в Бразилии, и более чем в 70 раз меньше, чем в США. По словам премьера Яценюка, украинская наука не рентабельна, и правительству незачем тратить средства на ее развитие.

Одно ясно уже сейчас. Государство, в котором не уделяется должного внимания образованию и науке – обречено на постепенную деградацию. Срезать объем бюджетного финансирования НАН – преступление, даже невзирая на продолжающиеся на востоке страны военные действия. В первую очередь необходимо было бы финансировать науку, поскольку научная база является фактором развития образования, культуры, экономики, и в конечном итоге – обороноспособности страны. То, что мы наблюдаем сейчас на Украине – результат безграмотной политики и небрежения здравым смыслом, приведшее к удручающим последствиям. Отсутствие должного финансирование науки со стороны государства усугубит социальный и экономический кризис. Следствием этого станет снижение научно-технологического уровня страны, и окончательный проигрыш на мировой арене. Как ни прискорбно это признать, с таким подходом Украина станет задворками европейской цивилизации, ее отхожим чуланчиком на заднем дворе, а не равнозначным партнером.

А. Вольф

.

 

 

.