До Верховной Рады Шехтман добирался задами. Он крадучись проходил тесные дворики горожан, путаясь в развешенном для просушки тряпье, пролезал через дыры в заборах, оставляя на ржавых гвоздях роскошные банты и клочья драгоценных химкинских кружев, на четвереньках пробегал между картофельными грядками.
Переулок был пуст. Но уже тихо поскрипывали ставни, хлопали двери. Где то пели «Ще не вмерла»
Кусты бузины на окраине квартала вдруг зашевелились, и в переулок вполз пан Порошенко. Увидев Шехтмана, он вскрикнул от радости, вскочил и, сильно пошатнувшись, двинулся навстречу, простирая к нему измазанные в земле руки.

– Мой ясновельможный пан! – вскричал он.– Как я рад! Я вижу, вы тоже на заседание?
– Разумеется, мой пан,– ответил Шехтман, ловко уклоняясь от объятий.
– Разрешите присоединиться к вам, ясновельможный пан?
– Сочту за честь, ясновельможный пан.
Они раскланялись. Очевидно было, что пан Президент как начал со вчерашнего дня, так по сию пору остановиться не может. Он извлек из широчайших жовто-блакитных штанов стеклянную флягу тонкой работы.
– Не желаете ли, милостивый пан? – учтиво предложил он.
– Благодарствуйте,– сказал Шехтман.
– Боярышник! – заявил пан Порошенко.– Настоящий боярышник из Москвы. Я заплатил за него 40 гривен.
Они спустились к свалке и, зажимая носы, пошли шагать через кучи отбросов, трупы собак и зловонные лужи, кишащие белыми червями. В утреннем воздухе стоял непрерывный гул мириадов изумрудных мух.
– Вот странно,– сказал пан Порошенко, закрывая флягу,– я здесь никогда раньше не был.
Шехтман промолчал.
– Пан Байден всегда восхищал меня,– сказал пан Президент.– Я был убежден, что он в конце концов свергнет ничтожного правителя, проложит нам новые пути и откроет сверкающие перспективы.– С этими словами он, сильно забрызгавшись, въехал ногой в желто-зеленую лужу и, чтобы не свалиться, ухватился за Шехтмана.– Да! – продолжал он, когда они выбрались на твердую почву.– Мы, молодая аристократия, всегда будем с паном вице-королём! Наступило, наконец, желанное послабление. Посудите сами, пан Шехтман, я уже час хожу по переулкам и огородам, но не встретил ни одного москаля. Мы смели ватную нечисть с лица земли, и так сладко и вольно дышится теперь в возрожденной Украине! Вместо грубых кацапов, этих наглых хамов и мужиков, улицы полны щирыми украми. Я видел: некоторые активисты майдана уже открыто прогуливаются перед своими домами. Теперь им нечего опасаться, что какой-нибудь сепар или москаль, в навозном фартуке, забрызгает их своей нечистой киселёвской пропагандой. И уже не приходится прокладывать себе дорогу среди вчерашних агентов Кремля. Осененные благословением великого Гения пана Байдена, к которому я всегда питал величайшее уважение и, не буду скрывать, сердечную нежность, мы придем к неслыханному процветанию, когда ни один кацап не осмелится поднять глаза на евроукра без разрешения, подписанного паном Байденом. Я несу сейчас докладную записку по этому поводу.
– Отвратительная вонь,– с чувством сказал Шехтман.
Источник http://vesti-kpss.livejournal.com/8115682.html
– Да, ужасная,– согласился пан Президент, закрывая флягу.– Но зато как вольно дышится в возрожденной Украине! И цены на вино упали вдвое…