В данной части речь пойдет о ленд-лизе, одной из самых спорных тем военных лет. Стороны спора разделяются обычно на 2 лагеря: «4% и он нам был не нужен» и «без союзников СССР загнулся бы однозначно». При этом часто сталкиваешься с тем, что обе стороны мало понимают непосредственно в самих поставках и весь спор сводится к жонглированию цифрами и цитатами. Постараемся внятно ответить на основные вопросы, по пути стараясь развеять устоявшиеся мифы.

Советский тыл в годы войны. 8 часть. Великая Отечественная война, История, Производство, Победа ковалась в тылу, Жизнь в тылу в СССР, Длиннопост

Нашел 2 поста про ленд-лиз. Правда и мифы о ленд-лизе и Ленд-лиз — помощь союзников СССР во время Великой Отечественной войны. В принципе, по постам и комментариям ярко видно упомянутые «стороны конфликта». К сожалению, научных работ по данной теме чрезвычайно мало, что и порождает огромное число мифов.

 

Начнем с того, что в понятие «ленд-лиз» постоянно включают все поставки в СССР, а между ними есть огромная разница. Поставки из Британии никаким ленд-лизом конечно не были, но для удобства рассмотрим их в целом, называя единым понятием. Еще 12 июля 1941 года было заключено «Соглашение о совместных действиях в войне против Германии». Премьер-министр Британии, Уинстон Черчилль, заявил, что его страна готова оказать СССР любую помощь. Для обсуждения конкретики, уже в августе в Москву прибыли британские представители и начались переговоры. Эти переговоры велись по поводу кредита, который Британия готова была предоставить, а не самих поставок. Что это вообще означает?

 

СССР делает заказ у Британии необходимого ему вооружения или другой продукции. Это не бесплатно, но немедленную оплату в полном объеме британцы не требуют, поэтому и «кредит». Однако, «кредитной» является только часть поставок. Вокруг этой части и процентов по кредиту начались напряженные «состязания» дипломатов обеих стран. С одной стороны, многие обвиняют Британию в «нерыцарском поведении», в отношении СССР и в этом конечно есть доля истины. С другой, в истории неизвестны случаи обратного. К тому же нужно учитывать определенные политические трения, а точнее фактический антагонизм политических систем. Говорить о каком-то бескорыстии в годы войны глупо. Наша страна поступала аналогичным образом и ничего плохого или зазорного тут нет. Сам же факт «военного кредитования» по тем временам обычен.

 

Соглашение было заключено 16 августа на сумму 10 млн. фунтов стерлингов и по нему Британия обязывалась поставлять фиксированное количество военной продукции в месяц, какой именно-требовалось решить позднее. Договор изначально составлялся с возможностью изменений и пролонгации, все понимали, что война внесет свои коррективы. До сих пор некоторые моменты договора спорны, поскольку реальные поставки и оплата сильно отличались от «договорных». Нужно отдать должное британцам, различия эти почти всегда в пользу СССР и немалую. В общем же, Британия поставила продукции на сумму порядка 420 млн. фунтов (это то, что дошло до пункта назначения). Сумма по тем временам очень немалая, около 1,7 млрд. долларов в ценах 1941 года. Оговоренные поставки часто менялись по номенклатуре и в целом приняли в годы войны следующий вид: СССР заказывает определенные товары на определенный период, Британия пытается их поставить.

 

Здесь мы сразу сталкиваемся с моментом, когда многие уверены, что «нам давали всякий хлам», да еще по остаточному принципу. Более подробно рассмотрим ниже, но сам принцип такого подхода ошибочен и вот почему. К концу сентября собрались представители США, Британии и СССР, было создано 6 комиссий: Авиационная, Армейская, Военно-Морская, Транспортная, Медицинского снабжения и Комиссия сырья и оборудования. Каждая комиссия отдельно определяла потребности советской стороны и возможности союзников. Надо уточнить, что эти возможности далеко не были безграничными и удовлетворить советские запросы часто были физически не в состоянии. Ведь Британия сама вела войну, а США активно к ней готовилась, то есть их военные производства и так были сильно загружены изначально.

 

На совещаниях конца сентября ярко выявилась антисоветская позиция многих участников, что серьезно влияло на переговоры. Но все же победил разум и соглашение было достигнуто. США присоединились к поставкам. Переговоры шли тяжело не только из-за политических разногласий, а главным образом из-за небывалых размеров военной помощи. Многие наивно представляют себе промышленность в виде набора кнопок, нажимая на которые можно получать любую продукцию в нужном объеме. Благодаря своему понятию «кнопки» оценивая поставки в СССР за 1941 год «ничтожными», например.

 

Приведу условный пример. СССР фактически потерял алюминий (добычу и переработку) в самом начале войны. Естественно, вопрос поставок этого металла очень волновал в переговорах с США (Британия сама ввозила его в огромных количествах). Но у США нет требуемого объема «здесь и сейчас», американцы к тому же уже обязались в поставках Лондону. Для выполнения советской заявки требуется нарастить добычу и увеличить переработку. Отвезти все это в порты, найти и пригнать туда транспорты, а только потом перевезти через океан. Сделать это за короткое время нереально, так не бывает. То есть комиссии изначально обсуждали в основном не количество танков и самолетов «сегодня», а перспективу поставок «завтра».

 

Можно процитировать Гарримана, специального представителя президента США: «Что же касается станков, то здесь возможны некоторые затруднения, связанные с тем, что расширение американского производства в основном тормозится недостатком станков. Станки являются узким местом в США. Некоторые затруднения будут вызваны также вопросом предоставления тоннажа для перевозок. Кроме того, есть еще ряд других вопросов, как, например, вопрос относительно поставки алюминия, если его связать с общей программой США по производству самолетов. Этот вопрос заключается в том, предоставлять ли Советскому Союзу готовый алюминий, этим самым задерживая производство готовых самолетов, или компенсировать поставки алюминия поставками самолетов».

 

Как видим, вопрос поставок далеко не такой однозначный, как кажется на первый взгляд. Надо сказать, что многие участники совещания к тому же были уверены в поражении СССР и поэтому всячески препятствовали договоренностям. Понять этих людей можно… Если бы СССР проиграл, то эта помощь стала бы напрасной тратой усилий и ресурсов, которые очень пригодились бы самим. На тот момент, победа антигитлеровской коалиции представлялась еще довольно эфемерной, на фоне военных успехов вермахта на западе и на востоке. Немаловажным фактором является и то, что союзники изначально больше напирали на общие договоренности, а советская сторона на конкретику. Грубо говоря, Британия и США говорили о готовности начать поставки танков, а СССР заявлял, что уже сегодня нужно столько-то единиц бронетехники. Но как бы то ни было, стороны договорились.

 

Собственно, с этого момента и можно уже говорить о ленд-лизе, американских поставках. Хотя первые из них называют «предлендлизом», ведь официально Рузвельт подписал указ только в декабре. Тут все верно, изначально это был типичный «военный» кредит на 1 миллиард долларов, по сути аналогичный британскому. Начиналось все очень тяжело, слишком во многом нуждался СССР. Если бы ситуация была такова, что вся помощь не превышала 4%, то этот факт вызывает глубокое недоумение настойчивостью советской стороны в проведении переговоров о поставках в течении всей войны.

 

Но было бы огромным преувеличением считать, что ленд-лиз стал единственным залогом выживания СССР в войне и приводить в виде доказательства соотношение поставок-производства. Здесь стоит непременно упомянуть уже другой миф, например о паровозах. Вроде действительно, в СССР за годы войны построили меньше 100, а союзники поставили почти 2000. Но эти цифры не отражают реальной ситуации возможностей производства, это лишь вопрос приоритета. Советская промышленность вполне могла обеспечить страну паровозами или вагонами, однако есть весомое «НО». Каждый такой паровоз «съедал» бы определенную часть произведенных советских танков, например. То есть получается, надо выбирать: или ты производишь тысячу паровозов, или десять тысяч танков. Но зачем выпускать локомотивы, если их может поставить союзник, а свои усилия направить на танковую отрасль???

 

Этот принцип действует и в отношении других поставок, кроме продуктовых. Предположим, есть нехватка меди. СССР вполне мог направить усилия на разработку, например, Сорского медно-молибденового месторождения. Вполне мог там построить перерабатывающий завод и медь получать свою. Но строительство такого завода непременно сократило бы зависящие производства из-за дефицита на время постройки и потребовало бы ресурсы и усилия на изготовление оборудования, потраченные, например, на производство боеприпасов. Опять же, зачем так тратить ценнейшие ресурсы, если медь может поставить союзник? Советские запросы составлялись не по простому принципу «у нас нет своего, дайте». За границей работали военные миссии, собирая информацию о возможностях западной промышленности и образцах вооружения. Велась сложная работа по планированию общего производства, с учетом поставок. Никто не разбазаривал ценнейшую помощь, главная ценность которой заключается в невозможности быстро получить аналогичное внутри страны.

 

Еще одной стороной ленд-лиза были технологии. Трудно оценить, насколько весом вклад обычного пневматического гайковерта или передового сварочного аппарата, например. Как его можно сравнить с тоннами металла или тысячами танков? А ведь многие такие инструменты и приспособления были тогда неизвестны в СССР, но появившись, позволили существенно нарастить выпуск тех же Т-34. Новые станки давали новые возможности конструкторам. Советские инженеры так же тщательно обследовали всю прибывающую технику и возможные нововведения активно использовали для проектирования своих образцов. То есть само по себе, знакомство с передовыми западными технологиями, которыми естественно до войны никто делиться не желал, дало существенный толчок советской промышленности и инженерной мысли.

 

Несколько слов стоит сказать о технике. Принято считать, что она была или «парадной», или плохой. Но технику выбирали советские представители, на выбор влияло несколько факторов.

1. Возможность массовой поставки. Никто не держал для СССР в «загашнике» тысячи танков и самолетов, их производили.

2. Возможность обеспечения советской промышленностью хотя бы части номенклатуры запчастей.

3. Боевые возможности в условиях советского театра боевых действий.

4. Возможность применения в советской военной тактике.

5. Специализация, например бронетранспортеры, грузовики для «Катюш» или танковые тягачи.

6. Для «поздних» поставок существенную роль играло наличие данного типа техники в СССР.

 

Во многом, миф о «скверной технике» активно насаждался в русле советской послевоенной пропаганды и уничижении роли союзников. Сама же техника была разной, если сравнивать ее с другими образцами. Но ведь нужно учитывать тот факт, что еще и самим британцам и американцам надо было на чем-то воевать. Например, могли попросить «Спитфайр» вместо «Харрикейна». Но первых нам смогли поставить 1300 штук, а вторых 3000. Когда тысячи бомб ежедневно сыпятся на твою землю, а десятки твоих самолетов сбивают, имеет ли значение более чем двукратное количество истребителей? Вопрос излишен…

 

Еще одна тема постоянных споров-это своевременность лен-лиза, поставки по годам. Следует отметить, что помощь шла по 4-м основным направлениям, о чем многие не знают и северный путь, наиболее известный у нас, совсем не основной (22,6%). Просто именно на нем было наибольшее боевое участие СССР, поэтому он и более знаменит, что естественно. Основная же масса шла через Дальний Восток. То есть когда мы говорим о прекращении действия на полгода северного пути, нужно понимать, что по нему осуществлялась примерно четверть перевозок. И после остановки северных конвоев, были существенно увеличены объемы поставок по другим направлениям, то есть реальные потери составили около 10%.

 

Теперь посмотрим на объемы по годам. Теоретически действительно получается, что основные поставки (примерно 70%) пришлись на время после коренного перелома в войне. Но как говорится, есть нюансы. Во-первых, как выше уже говорилось, сама организация масштабных отгрузок представляла серьезную проблему и не могла быть быстро решена по объективным причинам. Для увеличения объемов просто не существовало транспорта в 1942 году. Во-вторых, промышленность западных стран должна была перестроиться под нужды СССР, что так же невозможно быстро произвести. Например, компания «Дженерал моторс» построила в Иране два завода, на которых производилась сборка предназначенных для поставки в СССР автомобилей. В-третьих, военный перелом наступил не 1 января 1943 года, а только во второй половине, то есть от условных 70% следует отнять более половины поставок 1943-го и получается, что нам все таки хорошо помогли именно в критические годы, а не цинично ожидали «удобного момента». Что имеем в сухом остатке?

 

Конец 1941 и начало 1942 почти полностью ушли на организацию перевозок и переориентирование промышленности. Начиная с лета 1942 поставки начали быстро нарастать. В самый критический момент военного положения в стране, союзники поставили наиболее значительную долю всех советских военных заявок, несмотря на все проблемы. Нужно так же учитывать, что в 1944 году, наиболее «большого» по объемам, грузы условного «мирного употребления» вдвое превысили военные грузы, то есть условных танков и пушек поставили вдвое меньше, чем станков и тушенки, для начального этапа цифры намного различаются в другую сторону, продукция военного назначения составляла иногда до 100%. На все это есть вполне объективные объяснения.

 

В 1941-1942 году СССР оборонялся, понес огромные промышленные и военные потери. Соответственно ориентировал и свои заявки: танки, самолеты, пушки, порох, взрывчатка, средства связи, металлы и тд.. С 1943 начал проводить активные наступательные операции, что выявило большие потребности в транспорте, в первую очередь. Закономерно растут поставки автомобилей и подвижного ж/д состава. Со второй половины 1943 военный кризис спал, естественно снизилась и военная потребность, а возможности советской промышленности увеличились. Соответственно быстро выросла доля продовольствия, медикаментов, мирной техники, станков. Все поставки определялись СССР, в соответствии с его нуждами и возможностями союзников по производству и доставке.

 

Наконец затронем такой момент, как оплата. Британские поставки оплачивались согласно договора. 40% золотом и валютой «по прибытии», а 60% в кредит, оплата которого производилась различными способами (например, взаимозачетами с третьими странами) и была растянута на несколько лет. Ленд-лиз оплачивался по особой схеме. Вся техника и продукция, утраченные в результате боевых действий или использования, оплаты не требовали. Все остальное подлежало возврату и оплате. Почему СССР вроде как отказался платить? Советские дипломаты активно продавливали «право прецедента», указывая на позицию США к другим странам. Глупо обвинять СССР в «черной неблагодарности», это обычная дипломатическая работа, использование ситуации. Ровно так же британцы и американцы «отжимали проценты» в 1941 году, пользуясь тяжелым положением нашей страны. Следует отметить два момента. СССР все же договорился с США о выплатах и начал ежегодные платежи. Прекратил их по причине введения экономических «санкций» с американской стороны. Второй момент, когда современная Россия договорилась о выплатах, то американская сторона не настаивала на учете инфляции. Так что за ленд-лиз отнюдь не «сполна заплачено золотом». Реальные выплаты составляют менее 1%, с учетом инфляции. А вот насчет «крови» и всего остального-отдельный разговор.

 

Подавляющее большинство почему-то воспринимает политику и войну, как детские игры, где есть «хорошие и плохие дяденьки». Каковы вообще причины такой «нестерпимой любви» к своим идеологическим врагам, которыми несомненно были союзники? Британцы были заинтересованы в помощи СССР, так как тот оказывал прямое военное воздействие на Германию. Вопреки устоявшемуся мнению, Лондон совсем не прельщал развал нашей страны, за счет усиления немцев. А вот курс Гитлера на европейское лидерство не устраивал уже категорически. Британская помощь СССР обусловлена прямой военной и политической необходимостью, как «меньшему» врагу, предъявляющему гораздо меньше претензий.

 

США имели не менее очевидные причины. Военное столкновение с Японией, союзницей Германии, было лишь вопросом времени, а потом и реальностью. Помощь СССР и его военные успехи на западе создавали естественную угрозу континентальным владениям Японии. Даже в критические моменты японцы вынуждены были держать там огромную Квантунскую армию. Кроме того, военная помощь подразумевала и прямое участие СССР в войне на востоке. Если даже в 1945 американский штаб считал возможным сроком «окончательной победы» 46-47 годы, то в 42-43 сама победа выглядела еще достаточно призрачной. Вступление советской армии в боевые действия быстро лишило Японию средств к сопротивлению. Например, японское командование вполне могло теоретически перебросить значительную часть «квантунцев» (а это почти миллион бойцов, сотни танков и 1800 самолетов) на острова и при всех сомнительных обстоятельствах, серьезно затруднить американцам путь к победе.

 

Ну а СССР находился практически в безвыходном положении и ему конечно была остро необходима любая помощь. Единственное, что могла выторговать для себя советская сторона-это более благоприятные условия, чем предлагали западные коллеги. Ведь при всей «условности» оплаты, эта помощь была далеко не бескорыстной. Да, частично заплачено и жизнями 12 тысяч наших солдат в «чужой» войне с Японией. Но одновременно нужно твердо помнить, что эта «небескорыстная помощь» сберегла миллионы советских жизней в годы ВОВ.

 

Для оценки ленд-лиза не может существовать однозначной оценки, простите за тавтологию. Справился бы СССР самостоятельно или нет, можно спорить бесконечно. Но то, что жертв было бы намного больше, сомнений не вызывает. Оценивать значение нельзя ни по каким цифрам «в тоннах и тысячах». Например, американцы поставили 200 торпедных катеров, вроде очень прилично. Но в тоже время, почти все они вошли в строй после Победы и военного влияния не имели никакого. С другой стороны, авиационного топлива поставили вдвое меньше, чем произвели в СССР. Но что было бы, если в небе Курской дуги треть наших самолетов не смогла бы взлететь? Так что свой вклад в нашу Победу (и очень серьезный) ленд-лиз безусловно внес. Был ли он решающим? Вопрос сильно дискуссионный, лежащий скорее в области альтернативной истории и личных мнений, чем сколько-нибудь объективных оценок. Насколько «решающий» вклад имеет ЧТЗ или КБ Яковлева, какой из них «главнее»? Как это возможно в принципе определить?

 

Сами «поставщики», особенно в близкое послевоенное время, оценивали свой вклад поставками в Победу достаточно сдержанно и это справедливо. Каждый поставленный в СССР танк, грузовик или двигатель-это ведь не только живые граждане СССР, но так же живые британцы и американцы, в первую для них очередь. К тому же, помощью еще нужно суметь воспользоваться и сам СССР произвел намного больше, чем получил от союзников (хоть и не 4% конечно), а полученные металлы «преобразовал» в самолеты, танки, пушки, боеприпасы… Поэтому многие западные высокопоставленные политики и дипломаты говорили о решающем вкладе в общую победу именно советскими солдатами и тружениками.

 

Loading...

И отдельное огромное спасибо нужно сказать простым людям на Западе. Вот уж кто помогал нам не из «политической необходимости»! Огромное число их оставались на неоплачиваемые сверхурочные работы, вносили пожертвования из своих скудных средств, просто отправляли подарки с колбасой или финиками в СССР. Может там и не стояли дети у станков, но они тоже воевали, в том числе и в своем тылу, своим трудом сберегая советские жизни…

Советский тыл в годы войны. 8 часть. Великая Отечественная война, История, Производство, Победа ковалась в тылу, Жизнь в тылу в СССР, Длиннопост