вассертрум

От редакции.  Я решился выставить на ресурсе статью нашего всеми любимого автора Вассертрума, которую он написал аж 11 лет назад.  Большинство, уверен, ее не читали, а между прочим, она дает представление, как широк интеллектуальный охват этого человека, который не замыкается удивительно глубокими познаниями устройства бензопилы.

 

Поэзия Пушкина, есть легкая, нередко изысканная форма. Если угодно, это качественная «эстрада» того времени. Вспомним, что дальнейшим производным «эстрады», в сторону опошления, — является попса. Любой сердечный план, в творчестве Сан Сергеича, в развитии, всегда проецируется ниже пояса. Любой «надсердечный» план, развивается, в лучшем случае в бытовую романтику. Что либо выше, в творчестве «великого» поэта, просто отсутствует, ибо оно отсутствовало в Пушкине, как человеке. Верх, предел, выше которого никогда не поднимался (а и не мог) курчавый гений, это сексуальные вибрации Тани Лариной, приподнятые на (или, если угодно, инкапсулированные в) сердечный уровень, со стороны персонажа — по причине чувственно-эмоциональной неоформленности Тани, а как кто-то до меня заметил на «Фразе», — любая неоформленность, есть, в любом случае близость к Богу, но в каком то лукавом смысле. Со стороны же автора, — по причине максимально возможного духовного вылета самого Пушкина, ибо на большее, он не способен, однако, свой уровень проработал блестяще. Поэзия еврея Бродского, это вечность пирамид.

Человеку, изредка, в краткие мгновенья «духовного форсирования», поднимающемуся на уровень сердца и испытывающему в связи с этим, не лишенные приятности щекотания, которые он, по темноте своей, интерпретирует, как общение с Богом (в каком то смысле так оно и есть, а в каком то, — что, Господу больше заняться нечем, как с тобой, дураком, лясы точить?) поэзия Бродского представляется пустым местом, духовным вакуумом. А сам Бродский, лишенным рода-племени перекатиполем. Это в том, лучшем случае, когда не вспоминается, куда более страшный его грех, как пытливый исследователь уже догадался, — то, что он Ж_И_Д. Поскольку «духовный», для подобного читателя-реципиента, это значит существующий на эмоциях уже чуть выше пояса. А «разговор с Богом», молитва, медитация если угодно, для него, есть движение от гениталий к сердцу, пусть не слишком то и далекое (и, как правило, не слишком то и частое. Человеку же стабильно и прочно обитающему на уровне «сердца» (обмолвимся, что с точки зрения первого нашего персонажа (коий и есть народ, что сообразительные поняли) он просто «святой», при чем безо всяких кавычек), Бродский, видится конечно не «пустым», но холодным и оторванно «умственным». И, если такой человек, не закрыт напрочь для восприятии поэзии вообще (а есть и такие, — так ли это плохо, вопрос выходящий за рамки данного обсуждения) то, разумеется, с его точки зрения, светлыми гениями и будут являться творцы розлива Пушкина-Лермонтова. А что в этом плохого? Они ими и являются… на своем месте. Сказать я собственно хочу ту простую вещь, что разглагольствования о гениальности – бездарности того или иного автора, как минимум не полны, без учета четкого позиционирования его, на шкале между попой и душой. Кстати, совковые идеологи неусыпно блюли, что бы назначенные гении, ВСЕГДА располагались в обозримой близости от попы.

Вот что интересно, — гением то быть не возбранялось, но любой легитимный гений, должен обязательно быть гением «попным», на каковую роль, вполне подходил кудрявенький. Важно сделать существенную оговорку, о том, что формальное соответствие творчества автора «миру горнему» на упомянутой шкале, отнюдь не говорит о том, что он светлый гений. Так Николай Рерих, сколько не искал Шамбалу, — все таки чмо, а не мысливший выше пупа Александр Пушкин, — все таки гений. Другими словами, — Пушкин большой, конечно, поэт, но в районе резинки от трусов, а Рерих… космическая бездарность. И это то же важно понимать. Вот только втюхивать Пушкина, как наше «все», есть перебор безмозглых (а может и многое просчитавших, — кто теперь разберет, быльем поросло коммунистических культурологов. А народ… что народ? У него, разумеется, были, есть и будут свои святые. И великий поэт Иосиф Бродский, за рыжими патлами которого, пугающей пустотой простирается Космос, вне всякого сомнения, на эту роль не подходит. P.S. Придирчивые спросят, — что он пишет?! И хде же тут про хохлов?! Неловко потупясь, отвечу – а про хохлов то, тут и нет ничего…

 

 

Loading...