янукович

В третьем своём созыве, это был седьмой созыв Верховной Рады, меня на выборах в Верховную Раду Партия регионов в список тоже включила. Но я добивался, чтобы мне дали право выступать  как мажоритарщику.  По этому поводу у меня был очень тяжёлый разговор с Януковичем. Он тогда мне сказал: “Хорошо, иди на выборы как мажоритарщик, но ты должен  дать мне слово, что ты не будешь заниматься своими выборами  в своём округе. За тебя там и так проголосуют, и мы  это прекрасно знаем. А  будешь заниматься  агитацией за партию регионов, на всей территории Украины. “

Почему для меня было важно стать депутатом мажоритарщиком? Дело в том, что когда ты в партийном списке, то с тебя в любой момент могут спросить за любую вольность, противоречащую установкам спущенным сверху.  Когда депутат  проходит в парламент по партийному списку, то  ему, за его любую вольность, в любой момент могут сказать:” А ты кто такой? По списку избрали не тебя, а великого Януковича. А твоё дело его обслуживать. “ Поэтому для меня  было принципиально важно стать депутатом мажоритарщиком.  Чтобы я, как депутат,  мог высказывать свою точку зрения, опираясь на мнение своих избирателей, а не на мнение  партийного руководства. И впоследствии, я в своей депутатской деятельности возможностью  опираться именно на мнение избирателей  неоднократно пользовался. А своему партийному руководству говорил:”Нас народ не поймёт. Его интересует  ряд  актуальных для него вопросов,  таких как статус русого языка, антифашистская тема, героизация бандеровцев, и так далее.  И я не могу голосовать за те вопросы, которые противоречат взглядам моих избирателей.” И такая моя позиция,  была  довольно весомым аргументом.

В 2008 году  я  инициировал  среди региональных парторганизаций востока Украины  вопрос проведения гуманитарного съезда в защиту русского языка, из-за чего  у меня  потом и с руководством Партии регионов, и с руководством фракции в парламенте, произошёл  большой скандал. Дело в том, что я данные мероприятия проводил без согласования с руководством партии. А в региональных областных парторганизациях  никто не понял, что  данное мероприятие проводится мною не по заданию руководства партии, а  по моей личной  инициативе.  Я тогда часто мелькал на телеэкранах. Меня уже знали. И моя инициатива в регионе была расценена как установка руководства партии. А руководство партии тоже не до конца поняло, чем я там занимаюсь, и не обратило должного внимания на мои действия, А я в это время проводил в  парторганизациях собрания и партконференции, на которых  меня поддержали в проведении съезда по защите русского языка.

После  чего меня вызвали  к руководству парламентской фракции, и обвинили в том, что я  предатель и негодяй, и собираюсь организовать свою партию. Я отвечаю, ну что ж, раз вы так относитесь к моей позиции и к моим действиям  в защиту русского языка, тогда я отдам документы, подтверждающие стремление  данного региона к  защите языка, коммунистам. И пусть они  инициативу по защите русского языка, берут на себя.

Возникла пауза.  После чего два уважаемых члена партии, руководители крупных предприятий, одели свои мундиры с орденами и привели меня на приём к Януковичу. А он о проведённом мною мероприятии ничего не знал. Он, откровенно говоря, был далёк от политики. Он больше был памятником, на который все должны были молиться и  работать в его тени.  Ему объяснили, что с вопросом русского языка сложилась вот такая вот ситуация, и  мы считаем, что данную инициативу нужно поддержать, потому, что это нужное и правильное дело. И Янукович  принял положительное решение по данному вопросу. Были выделены деньги, и мы в Северодонецке  провели данный гуманитарный  съезд по защите русского языка. Но, к большому сожалению, результаты съезда были спущены на тормозах. А его решение реализовано  не было.

Почему? Да потому, что контрольный пакет акций  Партии регионов и её фракции в парламенте был за донецкими, за ахметовскими. А им это было не нужно и не интересно. А я для них был как выскочка. Я им очень сильно мешал. Поэтому я и говорю, что я в Партии регионов практически был  чужим среди «своих».

Против меня выпускались  памфлеты. Срывались мои пресс-конференции. И всем этим занимались и мои противники, свободовцы и другие фашисты, и, как потом выяснилось, и  мои  коллеги по партии, которых я знал, и которые со мною почти каждый день здоровались за руку. Мне приписали   скандальную  статью в поддержку одного из руководителей  украинских националистов на Волыни  Бульбы-Боровца. Выпустили её под моим авторством. Профинансировали данную публикацию. Серьёзно её раскрутили.  Растиражировали её во всех средствах массовой информации. И устроили вокруг этой статьи огромнейший скандал. И в отношении меня, почти три года, была организована  самая  настоящая  травля. Даже в российском МИД, когда меня награждали Орденом Дружбы, на полгода задержали  выдачу ордена. Мотивируя  это наличием той самой публикации в защиту  этого Бульбы-Боровца.

А по вопросу самой статьи,  даже была создана следственная  комиссия, которая разбиралась,  кто её написал. В результате, мне было заявлено

- Заплатишь семьдесят тысяч долларов, и  мы напишем, что это не ты писал эту статью. И не ты её автор.

На что я ответил

- Во-первых, у меня и  денег таких нету, а во-вторых, не хватало, чтобы я платил за опровержение того, чего не делал.

А почему такое происходило? А потому, что донецкие, а их именно так называли, определяли и политику Партии регионов, и политику парламентской фракции, решали, как и за что голосовать. Я дважды был в совете фракции. И мы, на этом совете, по субботам и воскресеньям, рассматривали, какие вопросы будут рассматриваться в сессионном зале, и как по ним голосовать. Самое интересное, я заместитель руководителя фракции по вопросам законотворческих инициатив, а мне на заседании совета, без моего участия в формировании  пакета вопросов, которые будут выноситься на голосование,  дают уже готовый  перечень  законов, с уже обозначенными изменениями к ним, и инструкцией, как за них голосовать. Задаю вопрос:

-  Скажите, если я заместитель руководителя фракции по вопросам законотворчества, почему эта инициатива по изменению переданных мне законов, со мною не то что не согласовывалась, а меня о ней  даже не проинформировали?  Опять же, где гуманитарные вопросы? Вот здесь заработают кирпичники, здесь химики, здесь металлурги. Здесь просматриваются  конкретные имена  тех, кто на этих изменениях к законам, будет  зарабатывать. А где вопросы,  касающиеся проблем народа?

Мне отвечают:

-  Перед выборами сделаем, всё  сделаем перед выборами.

Тяжело было работать. Очень тяжело. Во время моей работы в последнем созыве, в нашей фракции уже было человек двадцать, которые реально мне просто сочувствовали. Это Олег Царёв, Игорь Марков. Была ещё часть людей, с которыми мы просто объединялись и пытались хоть что-то сделать. Но все эти попытки, к сожалению, заканчивались ничем.  Все наши усилия  равнялись стучанию  об стену.

Вся моя работа в Организации Объединённых Наций, в Европарламенте, поисковая работа, исследовательская работа, организация выставок, издание и распространение книг правозащитной и антифашистской тематики, стоила немалых  денег.  Я подсчитал, за период моей работы в Верховной Раде на мою деятельность ушло  от трёх до пяти миллионов долларов.  Партия регионов этих денег мне  не давала. Откуда они взялись? Эти деньги мне давали коллеги-единомышленники и гражданские лица. Эти деньги мне давались для работы с депутатами, на различные поездки, на пресс-конференции, на издание книг, на организацию промоушена и на многое другое. Эти люди не могли меня публично поддерживать, но разделяли мои взгляды и намерения и поддерживали меня финансово для реализации  озвучиваемых мною, проектов.

Если говорить о Януковиче, то из него не стоит  делать великого деятеля. Не всё то, что происходило в стране, делалось именно им. Его окружали различные специалисты. Он, начиная с 2004 года, работал с Полом Манафортом, который был бессменным его советником до конца президентства. Его окружали разные люди из США. Когда он заехал в своё Межигорье, он там жил как в золотой клетке. Человек занял пост выше своего и интеллектуального и профессионального уровня. И его это всё устраивало. Ему всё это нравилось. Он был царём. А работали и  реально руководили страной те люди, которые оплачивали и выборы, и депутатов, и специалистов по управлению государством.

На мой взгляд, он, основополагающих и ключевых решений по ситуации в стране не принимал. Всех деталей и нюансов я не знаю, потому что  после того, как его избрали президентом, и до принятия Закона «Об основах государственной языковой политики», я с ним плотно не общался. По вопросам продвижения данного закона был у него на приёмах примерно раз в месяц. Где-то шесть или семь раз. И разговор с ним заканчивался одним и тем же: “Ты мне веришь, всё будет хорошо.” Но как мне кажется, решения по ключевым вопросам в стране принимал не он.

Мне запомнился один разговор с Януковичем, во время которого он  сказал мне: “Ты меня уже просто задолбал с этим законом о русском языке. Украину нужно «об’єднувати», а твой закон её разъединяет.” Обычно, сначала мы с ним общались на русском языке. А потом он во время наших с ним встреч  по вопросу русского языка демонстративно начал со мною общаться на «мове». И всегда говорил мне

- Ко мне люди приходят, заводы просят, просят законы для улучшения их работы, а ты с этим языком прицепился.

Я ему возражал

- но мы ведь людям обещали. Поэтому, нам нужно с русским языком что-то делать. От нас ведь этого ждут. Притом, мне в Севастополь возвращаться. Как я буду своим избирателям  в глаза смотреть.

Несмотря  на такое, мягко говоря, прохладное отношение Януковича к языковой проблеме, мы, всё-таки, планомерно, шаг за шагом, закон о защите русского языка на Украине готовили. Подготовили нормальные документы. Правильно использовали европейскую бюрократическую машину. Европарламент очень правильно использовали. Задействовали в достижении целей по вопросу русского языка венгерских, румынских и польских депутатов. Мы смогли получить целый ряд международных документов, которые, согласно международному праву, обязывали Украину принять  закон о языках и повысить статус русского языка. И уже, когда данный пакет документов у нас был на руках, я, во время своего последнего разговора с Януковичем по данному вопросу, сказал ему, что если вы стремитесь в Европу, вы должны выполнять требования Евросоюза по защите прав русскоязычного населения Украины. Ведь в  докладе Комитета Министров Совета  Европы, который является высшим органом управления, говорится: “

В Украине, при таком большом количестве русскоязычного населения, русский язык, пропорционально мало защищён, действующими в Украине, законами.” Поэтому, мы выражаем своё мнение о том, что правительству Украины необходимо в ближайшее время принять все необходимые меры по повышению статуса русского языка, и защите прав русскоязычного населения Украины.  И это документ  Кабинета Министров Совета Европы.

И вот такими усилиями мы додавили Януковича, и закон «Об основах государственной языковой политики», был принят.

 

***

Loading...

Статья написана автором, на основании интервью с Вадимом Васильевичем Колесниченко. Любые допущенные в статье неточности в событиях, датах, терминах или названиях, относятся на счёт автора.