Уважаемые читатели Трымавы, как Вам рассказывал Администратор сайта Пармен Посохов, по доносу подлых людей (на самом деле хабадовца Шинхи – сам признался), старая Трымава с ua. бесследно уничтожена на украинском интернет-пространстве.

Думаю, что пора начать восстанавливать уничтоженные файлы.

Вашему вниманию предлагается мой рассказ «Записки неизвестного писателя», который я написал на старой Трымаве на просьбу Остапа Ибрагимовича, в ответ на его вопрос в его материале про меня: «Так кто вы такой?»

Рассказ так понравился администрации сайта Макспак, что она зарегистрировалась на ХайВее, когда я его там опубликовал в попытке перетащить меня туда («нам нужны креативные авторы»), и не успокоилась, пока я там не зарегистрировался.

Уму не постижимо, но Дмитрий Старицев (ХайВей) уничтожил и этот материал на ХайВее, и огромный блог его (более тысячи просмотров, которые увеличивались каждый день) без объяснения причины, чем ему не понравился юмористический рассказ.

По крайней мере, на Трымаве, после размещения мною этого рассказа в комментариях статьи Остапа Ибрагимовича, меня перестали там называть отцом Федором.

Посмотрим на Вашу реакцию.

Реакция Остапа Ибрагимовича была – шок –

Остап_Ибрагимович

Юрию Мельнику:

Однако…?!? Однако…!!!   Больше ничего (и только мёртвые с косами стоят — и тишина, как там, в известном фильме про неуловимых мстителей).

 

Приятного чтения. Расскажу немного о себе, а заодно вспомним биографию великого русского писателя Антона Павловича Чехова. Все факты и из моей жизни, и из его — реальность, а не выдумка. Не забывайте, что рассказ юмористический, я не собираюсь здесь пропагандировать языческую идею сансары — переселение душ, Христианство её не признает, но, как юмористический рассказ, сойдёт.

 

Юмористический рассказ «Записки неизвестного писателя»

 

«Так кто был кто?

Так кто был кем?

Мы никогда не знаем.

С ума сошли генетики

От ген и хромосом.

 

Быть может, тот облезлый кот

Был раньше негодяем,

А этот милый человек

Был раньше добрым псом.

 

Я от восторга прыгаю,

Я обхожу искусы,

Удобную религию

Придумали индусы…

 

Обидно попугаем жить,

Гадюкой с длинным веком,

Не лучше ли при жизни быть

Приличным человеком?

Владимир Высоцкий
Да, сто с лишним лет тому назад я уже жил на земле.

Зарабатывал себе на хлеб насущный писанием книг, считался одним из лучших писателей Руси, да чего скрывать, всей мировой литературы, но лишь к самому концу той
своей короткой (44 года) жизни вырвался из бедности, когда
предприимчивый богач Маркс купил всё моё творчество с потрохами — перепала
копейка и мне.

Многократно в детстве был порот родителем, и всю жизнь впоследствии выдавливал из себя раба по капле, но пятую Заповедь не нарушил: «Почитай отца и мать своих», хотя доставало постоянное нытьё матери на жизнь — женщина есть женщина.

Теперь новая жизнь, новые родители, новое место рождения, уже не Таганрог, а Харьков, но всё тот же русскоязычный хохол, украинец по крови, но пишущий статьи и книги на русском языке, за что меня ненавидит некоторые представители нашей теперешней украинской русофобной интеллигенции, говорят, что не имею права называться украинцем из-за того, что не пишу на украинском языке.

Могу легко и разговаривать, и писать на родном украинском языке, но думаю я на русском, поэтому так удобнее.

Всё тот же врач в 24 года, всё то же рождение во второй половине января, рядом с Крещением.

Новые родители. Мать так же жалуется на жизнь, эмоции — женщина есть женщина,
но родитель разительно отличается от прежнего — ни разу не ударил меня за всю жизнь, слишком добрый.

Мать выполняла эту воспитательную функцию мужчины в семье, когда ребёнок не понимает слов — драла старшую сестру Валентину, как сидорову козу.

Сестра упрекает матушку: «Меня порола, а Юрчика ни разу в жизни не ударила!»

- А его не было за что, — отвечает моя строгая, но справедливая матушка, — он всегда был послушным ребёнком, всегда понимал слова и слушался меня, никогда не обманывал.

Поэтому, и рука на него никогда не поднималась.

Даже слишком послушный. Как-то в раннем его детстве я сказала ему: «Обманывать не хорошо, старайся никогда не обманывать людей».

И он послушался, за что теперь всю жизнь страдает.

Первая его жена Виктория, добрая и хорошая девушка, из богатой семьи, за это постоянно выгоняла его из дому: «С ним невозможно жить, он всегда говорит правду. Даже когда надо соврать, он всё-равно говорит правду. Нет, с ним абсолютно невозможно жить».

Не хотел сынок, чтобы его дочь Марина росла без родителя — постоянно возвращался в дом, но когда Марина повторила слова Виктории: «Уходи, ты нам не нужен», собрал вещи и навсегда ушёл из первой семьи.

Учился сынок хорошо и в школе (с какой радостью ходила на родительские собрания, где сына только хвалили), и в институте — закончил наш Харьковский медицинский институт с красным дипломом.

Как гордилась я за себя, что смогла, нищая, выучить сына на врача, но и тут его честность сыграла с ним злую шутку.

Не смог он, работая врачом-учёным престижного НИИ Харькова, работать в стационаре, совестно было ему строить материальное благополучие на горе родителей детей-инвалидов.

Практически все пациенты его детского отделения НИИ ортопедии и травматологии были инвалидами детства — хромые, горбатые, с врождённым уродством рук или ног.

Зарплата врача, как и сейчас, маленькая, но со всего бывшего Союза родители везли своих детей инвалидов, готовы были платить в карман врачу любые деньги за лечение своих детей.

Ну и глупый — все его друзья по прошлой работе теперь профессора, уважаемые люди, живут в шикарных домах, меняют, как перчатки, очень дорогие автомобили.

А сынок со своей никому не нужной честностью всё время попадает в неприятности.

Даже из работы врачом детской поликлиники ушёл из-за принципа, когда заведующая поликлиники запретила ему выписывать больничные листы матерям по уходу за детьми, которые сломали руки или ноги.

«Перелом — это не болезнь, а состояние»,- этих слов начальницы сынок не смог выдержать, снова не смог переступить через свою совесть и пойти на поводу у чёрствого человека, который дал такое распоряжение, противоречащее и закону, и совести, чтобы экономить фонд больницы и получить за это премию.

И из его родной 65-й школы его выгнали в культурной в форме, не продлив трудовой договор с ним, когда он работал там детским психологом.

Директрису школы — пьяницу, наверное, начало раздражать то, что он на уроках читает детям свою Рождественскую сказку «Свет Добра», которая учит вере в Бога, что — пьянство плохое дело.

Хотя, возможно, причина более простая — не желал он быть участником пьяных оргий
преподавателей во главе с директрисой.

Наконец, нашёл другое место детского хирурга-ортопеда в поликлинике — работал.

Зарплата, конечно, копеечная, но рука у него счастливая для операций, за операции простые люди, из жалости к нищему врачу, иногда давали в виде милостыни кто 5, кто 10, кто 20 гривен, а изредка и больше.

Как-то с трудом сводил концы с концами.

Но вот по блату в поликлинику устроился молодой хирург.

В наглую, начал вымогать деньги с родителей за операции, осложнения за осложнениями после операций.

Родители детей пытаются попасть к сыну на операцию, а тот злится.

Начались интриги.

Наверное, подмазал начальству.

- Юрий Адамович, — обращается к сыну главный врач поликлиники. — Вы же не только квалифицированный детский хирург, но и ортопед-травматолог, занимаетесь и тем, и другим. Давайте, вы будете заниматься только ортопедией, а наш новый молодой хирург в ортопедии-травматологии дуб дубом, пусть он занимается только хирургией.

- Ну пусть, — пожал плечами сын.

Родители всё-равно просятся на операции детей к сыну, ему всё-равно приходится работать и хирургом — не откажешь людям, да и на голую зарплату врача семью не прокормишь.

Молодой хирург жалуется начальству.

Плюнул сын на всё это и ушёл из медицины, тем более, что подвернулась высокооплачиваемая работа грузчиком в «Таргете».

Зарабатывал много лет неплохо, хотя мне больно было на душе, что сын ушёл из медицины. Тяжёлый физический труд по 12 часов в день, почти без  выходных, но сынок у меня паренёк крепкий — выдержал.

Это позволило ему спокойно поставить, вместе с женой Надеждой, сына Илью и дочь Анечку на ноги.

Но вот кризис — тот же грузчик, но уже с нищенской зарплатой.

Хорошо, что семья его живёт в его квартире, которую я ему оставила (малюсенькая двухкомнатная хрущёвка на пятом этаже, но всё же своё жильё), а то бы и вторая его жена выгнала бы его из дому.

Не может Надежда простить сыну того, что выходила замуж за учёного, перспективного врача уважаемого во всём Союзе НИИ, а стала женой простого грузчика — не престижно.

Тем более, что работает Надежда в том же НИИ медсестрой и видит, как живут его прошлые товарищи по работе — теперь уже профессора.

И зачем я сказала ему в детстве те слова?! Сейчас бы и мне перепала бы от его богатства какая-то копейка.

 

Не волнуйся, матушка, всё находится под контролем Всевышнего, да будет на всё Его Святая Воля.

Да и грех тебе жаловаться на судьбу. Всё, о чём ты мечтала, у тебя есть: на старости лет жить в деревенском хорошем доме со всеми удобствами, рядом с транспортом (чтобы дети и внуки смогли к тебе легко добраться), имеешь добрых сына и дочь, добрых внуков и правнуков.

Ты не голодаешь, есть во что одеться — грех тебе жаловаться на судьбу.

Вспомни, как реагировал твой покойный муж, мой родитель Адам, на твои постоянные причитания: «У детей зарплаты маленькие, пенсии у нас маленькие, всё дорожает!»

- Неразумная ты женщина, мать,- говорил тебе Адам.- Вспомни войну, когда годами у людей была одна несбыточная мечта — наесться досыта хлебом.

А сейчас можно наесться досыта хлебом — значит, всё не так уж плохо. Все мы — странники, гости в бренном земном мире, голыми пришли в этот мир, голыми и уйдём. Поэтому, не надо придавать всему временному такое большое значение.

Я вот счастлив тут. Уйдя на пенсию, сделав всю работу по нашему скромному хозяйству, любимое моё занятие — лежать в нашем саду под вишней, слушать пение птиц. Я здесь, как в Раю.

Да, в этой теперешней жизни мой теперешний родитель — сплошная доброта, никогда я не встречал в своей жизни более доброго человека.

Драться он не умел, но за его доброту всю жизнь Бог хранил его от необходимости драться.

Несколько случаев его чудесного спасения от смерти я рассказывал и на старой Трымаве, и на ХайВее.

Когда злюсь, страшно на самого себя в зеркало глядеть — ну просто страшная люта тигра, как я писал в прошлой жизни в письме к своей тогдашней невесте.

Поэтому стараюсь никогда не злиться на людей, чтобы не сделать никого заикой с
перепугу.

Так как я не достаточно добрый, то Бог не ограждает меня от необходимости физически противостоять злому безумию в земном мире.

Правда, как и родитель Адам, драться не люблю, всегда уйду от драки, если есть хоть малейшая возможность для этого.

Да и рука у меня слишком тяжёлая — не дай Бог кого-то убить!

Когда приходится драться, всегда хватает одного удара и всегда это заканчивается или переломом, или тяжёлым рассечением кожи.

По профессии, я ортопед-травматолог, по народному костоправ,  а костоправу приходиться иногда быть и костоломом.

Если перелом у человека неправильно сросся, то берешь руку или ногу человека (понятно, что человек под наркозом) да и ломаешь руками кости, ставишь отломки костей в правильное положение, и накладываешь гипс.

В детстве себя, как и Адам, защищать не приходилось — никто лично меня не трогал.

А вот моего доброго друга детства Володю приходилось защищать.

Как и родитель Адам, Володя очень добрый и драться не умел.

Один хулиган в нашем классе школы, почему-то, всё время хотел набить Володе морду — хулигана раздражала мягкость характера и доброта друга.

Я всегда при этом становился перед другом и предлагал этому хулигану для начала набить морду мне.

Один раз хулиган всё-таки решил от слов перейти к делу, считая себя великим каратистом.

- Йа-а! Йа-а! — начал прыгать передо мной.

Я смотрел на все его махания ногами перед моим носом с улыбкой.

Когда же хулиган наконец-то решил перейти от своих танцев к реальной агрессии и
попытался в прыжке ударить меня ногой, то просто один раз ударил его кулаком в грудь.

Может быть, хулиган и очень сильный, но оказался, почему-то очень уж легким, потому что отлетел на несколько метров к школьному забору, упав на его колючую проволоку.

Нескольких сломанных ребер было достаточно, чтобы ни он, ни кто-либо другой больше никогда не пытались набить морду моему другу. Ну, меня и так никто никогда не трогал.

Нет, вру, один раз, получил по морде за Володю.

Катаемся зимой на горках в нашем Григоровском бору.

Вижу, Володя с кем-то поругался, пахнет дракой. Бросился на помощь другу, как всегда, стал перед ним и неожиданно получил хороший удар в нос.

Посмотрел на ударившего — из младших классов. Ну побью его — скажут старшеклассник побил кого-то из младшего класса, как-то нехорошо.

Да и сам ударивший малолетка понял, что погорячился, чуть со страху не наложил в штаны.

Ладно, проехали.

Моим новым знакомым на российском сайте Трымава я подарил возможность публиковать все мои газетные статьи и книги, размещать их на этом сайте, но они не захотели – говорят, регистрируйся, и сам размещай, а я, как и в прошлой жизни, ленивый хохол, самому лень.

Как-то в письме невесте в прошлой жизни написал: «Что поделаешь, дорогая, я ленивый хохол, потому и бедный – лень писать много…»

А в этой жизни и вовсе разленился — не принимаю никаких усилий в пропаганде своих книг, оставил всё на волю Божью.

То журналистка газеты «Вечерний Харьков» Виктория Лебедева опубликует в своей газете, по своей инициативе, мою Рождественскую сказку «Свет добра» в восьми рождественско-крещенских номерах газеты (25.12 1993 – 19.01.1994 г.г.), а перед тем заставит для газеты написать цикл «Душевных бесед».

То редактор газеты «Православная Харьковщина» Инна Новикова пошлёт, по своей инициативе, мою сказку в Москву в православный Центр «Омега» при Церкви Петра и Павла, благодаря чему мою сказку читает весь православный мир уже более 12-ти лет на различных православных сайтах (см. интернет – Юрий Мельник Свет Добра – поиск).

То знакомый пошлёт четыре рассказа и анонс пятого в российскую библиотеку Мошкова, благодаря чему любой человек планеты Земля теперь может читать все мои книги в Интернете – четыре рассказа и анонс пятого на самой страничке (см. интернет – Мельник Юрий Адамович – поиск), да и окончательные варианты всех своих 12-ти книг с обложками разместил в ссылках там (конец 30-го комментария).

В одной из этих 12-ти книг, в сборнике газетных статей «Доверие предлагает помощь», есть моя статья, которая публиковалась в харьковской газете «Событие».

Там я рассуждаю о гибельности для души человеческой мстительности, злопамятности, которые могут толкнуть человека даже на жестокое убийство.

Для наглядности, привёл пример из жизни, когда поздно вечером ехал электричкой «Красноград — Харьков» от матушки Анны из Новой Водолаги домой.

Один мужчина из-за давней обиды и мести выследил в вагоне электрички своего прошлого обидчика.

«Что, попался!»- закричал он, выхватывая огромный нож в полупустом вагоне, и бросился с ножом на человека.

Нехорошо позволять людям на твоих глазах убивать друг друга.

Пришлось перехватить руку с ножом и, чтобы агрессор выпустил его из рук, ударить его кулаком в бровь.

Немного не рассчитал силу удара — развалил полностью пополам ему левую бровь.

Весь в крови, угомонившийся агрессор, размазывая кровь по лицу своей рубашкой, просил, чтобы я отдал ему нож:

- Он очень дорогой! Ты — очень злой человек. Зачем ты меня так сильно покалечил?!

- Нож я тебе не отдам, — ответил я ему. — Нельзя его давать в руки людям, которые
бросаются с ножом на других людей, а грубый шрам на лице тебе пригодиться для твоего перевоспитания. Я тебя люблю, как своего родного брата. Ничего личного. Просто всякий раз, когда будешь смотреть на себя в зеркало, будешь видеть этот грубый шрам и вспоминать, что нельзя пытаться из-за мести убивать других людей, кидаться на людей с ножом.

Ну, немного поговорю о моей писательской деятельности.

Решил я в этой, теперешней, жизни ограничиться написанием 12-ти книг, хорошее число.

Просто дописал то, что не успел написать в прошлой жизни из-за чахотки (туберкулёза лёгких).

Немного надоел этот чёрный монах.

В прошлый раз аж прыгал от эмоций, когда он приснился мне и рассказал мне о моей смерти от чахотки через 11-ть лет.

Написал тогда рассказ «Черный монах».

Многие были в восторге, особенно Лев Николаевич Толстой, а мне было грустно читать концовку его, которая описывала мою собственную смерть.

Но, с другой стороны, благодарен чёрному монаху за то, что предупредил.

Это помогло, во-первых, всё-таки жениться на горячо любимой женщине, чтобы умереть на её руках, чтобы она оросила мою кончину бескорыстным елеем своих слёз.

Во-вторых, предупреждение чёрного монаха помогло встретить смерть достойно, с юмором, и на смертном одре рассказывал своей жене юмористический сюжет, как повара убежали из курортного пансионата, а богатеи не знали, что делать — кушать-то всё-таки хочется.

Вот и в этой жизни приснился тот же чёрный монах, после чего написал
фантастическую повесть «Загадочный дневник Владимира Высоцкого».

В прошлой жизни темы религии, веры в Бога, Царства Небесного, касался редко, писал обычные художественные произведения, многие читают мои те книги и сегодня с интересом.

Книги те принесли мне общественное признание, славу, чем один раз воспользовался, бросив клич всему миру собрать деньги на постройку лечебницы в Крыму для больных чахоткой бедных людей.

Сам не ожидал такой мощной реакции общества — всё-таки уважают, всё-таки жива
душа доброго и милосердного народа Святой Руси!

Теперешние же мои книги многих пугают, потому что все они о вере в Бога, о необходимости покаяться в грехах своих, относиться к другим людям по Божески — честно, по-доброму, прощая ближних наших, чтобы и Бог простил нам грехи наши.

Раньше об этом говорил художественными образами-притчами, как-то более мягко получалось воздействовать на сознание людей.

Сейчас же говорю об этом прямым текстом, и это, почему-то, многих пугает, ну не любят люди Правды в чистом виде.

Как-то на похоронах одного человека в прошлой моей жизни сказал: «Он не боялся говорить людям правду, говорил её открыто и без обиняков, а люди не любят, когда им говорят правду».

Рад, что сегодня я никому не известный писатель.

Очень уж надоела по прошлой жизни известность, никуда не спрячешься — постоянные визиты различных писателей, общественных деятелей, простых людей, которые желают пообщаться с тобой.

И не принимать неудобно, а всех принимать невыносимо — некогда спокойно посидеть за написанием книг, просто отдохнуть душой наедине с самим собой и Богом..

В Ялте из-за этого писал по 7-8 строчек в день, с ума сойти.

Это при том, что в молодости строчил рассказы, как из автомата, по одному в день.
А, может быть, причина в том, что стал более осторожно относиться к написанному.
В молодости никогда не переписывал рассказы, а в зрелом возрасте бесконечно переписывал и исправлял.

В теперешней жизни вырос на песнях Андрюши Макаревича.

Люблю слова его песни:
«Я сегодня один,

Я человек — невидимка,

Я сажусь в уголок.

 

И сижу, словно в ложе,

И очень похоже, что сейчас будет третий звонок.

И моё поведенье назовём наблюденье.

 

Меня нет, я за тысячу лет,

Я давно дал обет

Никогда не являться в такой ситуации».

 

Разве может быть что-то лучше такой спокойной жизни человека-невидимки?

Что-то не хочется мне снова зависать в этом чёртовом колесе сансары, со всеми её тяготами и страданиями.

Хочется вернуться Домой в Вечную Обитель Отца нашего Небесного.

Поэтому и не возьму я никогда ни копейки за издание своих книг.

Хочу, чтобы на этот раз между моими книгами и мною не было больше денег.

«Даром получили, даром давайте»,- сказал нам Всевышний устами Христа.

«В человеке всё должно быть прекрасно»,- эти мои слова цитирует весь мир, все, кому не лень.

Наверное,  потому я написал эти слова, что видел перед своими глазами прошлого родителя, любящего одеваться с иголочки, быть шикарно одетым.

Сам в прошлой жизни был аккуратистом, любителем внешнего шика: шикарная одежда, дорогие напитки, дорогие закуски, но теперешний мой родитель всему этому внешнему шику никогда не придавал особого значения — любил простую пищу, простую одежду, простое жильё.

Прекрасной должна быть, прежде всего, твоя вечная душа дитя Божьего — доброй, честной, прощающей, скромной.

Часто говорил мне мой теперешний покойный родитель Адам:

- Настоящего человека с живой душой отличает то, что ему всего жалко, жаль любое
чужое страдание.

Жена Надежда часто бурчит на меня, что хожу одетый, как бомж.

На днях чуть скандал не устроила: «Едешь к зятю и дочери поздравлять их с рождением внука Никиты, а оделся, как бомж! Что у тебя нет более приличной одежды?»

Да, совсем забыл, что мою добрую сестричку Валентину  матушкой Анной тоже это обстоятельство раздражало.

Перед свадьбой дочери Ани заставили меня поехать на базар, накупили шикарной одежды, про которую я и забыл вовсе.

Пришлось переодеваться. Действительно, не хорошо ехать в гости к дочери и зятю в таком виде.

Не могу понять, почему этому обстоятельству люди уделяют так много внимания?

Да какая разница, какой тряпкой закрыть от наготы своё тело, чем питаться, где жить:

- Душа не больше ли пищи, а тело одежды?

Эпилог:

«Ни в коем случае не можем мы исчезнуть после смерти. Бессмертие — факт».

Антон Павлович Чехов.

Окончание.
«Вагонные споры — последнее дело,

Когда уже нечего пить,

Но время идёт, бутыль опустела

И тянет поговорить.

 

Один говорит: Нам открыта дорога

На много, много лет.

Другой говорит: «Не так уж и много,

Всё дело в цене на билет…

 

И оба сошли где-то под Таганрогом,

Среди бескрайних полей,

И каждый пошёл своею дорогой,

А поезд пошёл своей».

А. Макаревич

Конец

Итак, рассказ написан в ответ Остапу Ибрагимовичу  из Трымавы на его вопрос: «Так кто вы такой?»

 

Насчёт Чехова, шутка, конечно, рассказ ведь юмористический.

Loading...

Сказка, но в каждой сказке есть доля сказки, не так ли?