Еще Черчилль отмечал, что в СССР политические разборки напоминают схватку 2–х бульдогов под ковром, и не ясно до последнего момента, кто вылезет из-под ковра с окровавленной мордой.  Я бы сказал, что Черчилль не совсем прав.  Скорее, разборки в сталинском СССР 30-х годов напоминали айсберг, где основная их часть скрыта под водой, но, все-таки, кое-что выплывает на поверхность, и по тому, что выплывает, кое-какие выводы и наблюдения сделать можно.  На сегодняшний день мы располагаем стенотчетами пленумов ЦК, различного рода совещаний.  По отношению к Большому террору в армии исходными точками является февральско-мартовский пленум ЦК и Заседание военного совета при Наркоме Обороны СССР,   прошедшее ы Москве  1 – 4 июня 1937 года, в самом начале Большого террора, посвященное делу Военных заговорщиков. На последнем с большой речью выступил Сталин. Нас она интересует в первую очередь, поскольку проливает свет на историю с несостоявшимся снятием Блюхера в должности командующего ОКДВА в конце 1936 года.

(Настоящая статья — окончание, Начало в http://трымава.рф/?p=22213   и   http://трымава.рф/?p=22256 )

Надо сказать, что своим назначением и высоким званием маршала, Блюхер всецело обязан Сталину. Когда в конце 1935 года в РККА ввели персональные звания, присвоение звания маршала Блюхеру вызвало всеобщее удивление. По общему мнению, в РККА были люди, более достойные этого высокого знания, но не получившие его. Прежде всего, это Сергей Сергеевич Каменев, бывший Главкомом РККА в Гражданскую, а также Якир, у которого Блюхер в свое время служил заместителем, и который считался куда большим, чем Блюхер, знатоком военного дела.

Тогда, в 1935 году была выделена военная верхушка РККА, в которую входили 5  маршалов Советского Союза: Ворошилов – нарком обороны, Буденный – инспектор каваллерии, Тухачевский – зам. Наркома по вооружениям, Егоров – начальник Генерального штаба, Блюхер – командующий ОКДВА. Также в нее, верхушку,  входил армейский комиссар  1 ранга Гамарник – 1-й заместитель Наркома обороны и Начальник ПУРККА,  флагман флота  1 ранга Орлов  - зам. Наркома по ВМФ, и пять командармов 1 ранга: Каменев – командующий ПВО, Якир – командующий Киевским ВО, Уборевич – командующий Белорусским ВО,  Шапошников – командующий Ленинградским военным округом и Белов – командующий Московским ВО.

В результате Большого террора из 12-ти уцелели только трое: Ворошилов, Буденный и Шапошников. Каменев умер в 1936 году. Остальные осуждены и расстреляны как враги народа и агенты иностранных разведок. Застрелившийся Гамарник был посмертно осужден вместе с так называемыми Военными заговорщиками, давшими заодно показания и на Каменева.

Выходит, что в 1935 году Сталин этим людям верил. Ворошилов и Гамарник были вообще его креатурами. Но при этом принцип разделяй и властвуй им отрабатывался сполна. Блюхера сделали маршалом явно в пику Якиру и Уборевичу, имевшим большие амбиции, а уже весной 1936 года Сталин делает Тухачевского 1-м заместителем Наркома обороны, как бы уравновешивая этим влияние Гамарника, также являвшимся 1-м заместителем Наркома. Таким образом, у Ворошилова стало сразу 2 первых заместителя. Причем отметим, что повышение Тухачевский получил после поездки в Англию на похороны английского короля.  На обратной дороге маршал заезжал в Париж, где с санкции НКВД встречался с представителями эмигрантских кругов. Получается, что всего за год до своей гибели маршал пользовался полным доверием вождя. При этом, Тухачевский не лез в политику и был подчеркнуто лоялен к вождю.  Но потом все поменялось, и маршал был обвинен в заговоре  с целью захвата власти, арестован, осужден и расстрелян. И есть основания полагать,  что перемена в настроениях вождя наступила именно во время дела Блюхера 1936 года.  Произошло нечто, что заставило Сталина взять курс на истребление военной верхушки.  При этом, несомненно, ни сам Сталин, ни его ближайшие соратники Молотов с Кагановичем ни в какие заговоры не верили. Слишком сильна была разобщенность командармов и маршалов, чтобы они смогли сколотить какую либо Фронду.

Весной 1936 года Якир, Гамарник и Уборевич  подвергли жестокой критике  Ворошилова, что тот воспринял как попытку поставить вопрос о снятии его в должности наркома. Об этом мы узнаем из материалов Заседания военного совета 1 – 4 июня 1937 года из уст самого Ворошилова.  Тухачевского он при этом не упоминает.

Попытка не удалась, а осенью того же года те же лица произвели аналогичную атаку уже на Блюхера, на которого на самом деле, как упоминалось в предыдущей части, был реальный компрометирующий материал от его зама по политчасти Аронштама.  Об этом на том же совещании говорил сам Сталин. Но самое интересное в том, что, по словам Сталина, у Якира и Гамарника была уже заготовлена замена Блюхеру на посту Командующего ОКДВА. Им оказался … Тухачевский, который был согласен отправиться на Дальний Восток на замеру Блюхеру!!!

Не думаю, что Сталин разыгрывал перед комсоставом комедию. Но уж если Тухачевский реально рвался командовать на Дальнем Востоке, значит реализации его идей в Москве просто не давали хода, что свидетельствует о наличии жестокой междуусобицы в высшем военном руководстве. Помимо этого, сразу возникает вопрос: какой же тогда Тухачевский заговорщик, если вместо того, чтобы Сталина свергать, он подальше от него рвется? Такой вопрос не мог не родиться в головах военных, присутствовавших на совещании, но никто его не озвучил. Более того, все по мере возможности выливали на «Военных заговорщиков» ушаты грязи. Очень сильно их не любили, и охотно подигрывали вождю, что, впрочем, их не спасло – большинство из них последовали вслед за заговорщиками к праотцам в течение ближайших полутора  лет.

Итак, вернемся к истории с Блюхером. Ворошилова, а соответственно и самого Сталина убедили в том, что Блюхер морально разложился, пьет, делами армии не занимается, и его надо снимать с должности. На Дальний Восток едет комиссия во главе с Гамарником, который после встречи с Блюхером сразу после отъезда, когда Блюхер нагнал его в пути, меняет свою точку зрения, и по приезде в Москву уже не настаивает на отставке Блюхера с поста командующего ОКДВА.

В конце ноября 1936 г. Блюхер приезжает в Москву  для участия в  Чрезвычайном VIII съезде Советов СССР, принявшим новую Конституцию СССР. А 10 декабря 1936 г.,  судя по записи в журнале посетителей кабинета Сталина в Кремле,  к Сталину были приглашены Блюхер, Ворошилов, Гамарник, Тухачевский, Егоров,  которые вошли туда  в 22 ч. 35 мин. и вышли в  2 ч. 00 мин.  В кабинете присутствовали, кроме Сталина, также Орджоникидзе, Молотов, Каганович. Очевидно, именно на этом совещании и решилась судьба Блюхера.  Для него статус кво был сохранен, а вот Аронштама отозвали в Москву.

Что тогда произошло в кабинете Сталина, мы точно не знаем, как не знаем, о чем на станции Бочкарево договорились  Блюхер с Гамарником. Налицо наличие мощных интриг в высшем военном руководстве. Естественно, что Сталину не могло понравиться, что некая группировка военных, пусть и облеченных его доверием, пытается им манипулировать. И он именно тогда мог принять решение нанести упреждающий удар и всех их перебить. Сегодня интриги, завтра — Фронда, послезавтра – реальный заговор. Иного объяснения чисток в верхушке РККА я не вижу. Ну а раскрытие заговора НКВД, «чистосердечные признания» и т.п. – всего лишь оформление задуманного. Никакого заговора Тухачевского – Гамарника не было. И Сталин с Молотовым и Кагановичем сами прекрасно об этом знали.

А может быть история с Блюхером просто стала последней каплей, и кто-то, имеющий доступ к телу, до этого долго и методично внушал вождю мысль об упреждающем ударе. И это был явно не Ежов.

Следующий свой визит в Москву Блюхер совершит в конце мая 1937, когда его вызовут на Заседание военного совета. Следов о его контактов со Сталиным нет. В книге учета посетителей вождя фамилия Блюхер не значится. Но это не означает, что их личной встречи не было. Она вполне могла быть на даче в Кунцево, где запись посетителей не велась.

Но, так или иначе, с Блюхером поработали. Указали на тех, кто добивался его отставки. И, по вполне понятным причинам, он жаждал крови. И весьма вероятна версия,  что Блюхера использовали для уничтожения Гамарника. Использовали втемную.

Назначенный некогда самим Сталиным на пост главного комиссара РККА, в мае 1937 Гамарник являлся преградой на пути вождя. Существует легенда, что он категорически не поддержал арест Тухачевского, во всеуслышанье заявив, что в отношении того произошла ошибка. И не будем забывать, что по установленному порядку арест офицеров РККА без визы Гамарника был невозможен.

Гамарника нужно было убирать. Но как? Гамарник – не Тухачевский и не Якир, явных врагов не имел, авторитет его был огромен, как и безупречна его репутация.  Конечно, выходом для Сталина была бы смерть комиссара от диабета, которым он жестоко страдал. Арестовывать его, а тем более пытать, было невозможно, поскольку умерший во время следствия Гамарник, а это неминуемо бы произошло из-за диабета, путал Сталину все карты. В измену Гамарника никто бы не поверил. А вот если бы тот сам наложил на себя руки, да еще вкупе с признаниями военных заговорщиков…  Вот тогда можно было бы обвинить кого угодно и в чем угодно. Что и было воплощено в жизнь.

И в доведении Гамарника до самоубийства решающую роль отвели Блюхеру, у которого как раз были к Гамарнику счеты.  Судя по свидетельствам, Блюхер приходил домой к больному Гамарнику дважды. В первый раз 30 мая 1937 года или даже раньше. С угрозами.  Гамарник не дрогнул. 31 мая Блюхеру  кидают кость. Ворошилов издает приказ о снятии с должностей и увольнении из армии Гамарника и Аронштама – закоперщиков не состоявшейся отставки Блюхера. И вечером 31 мая Блюхер уже приходит к поверженному врагу как триумфатор,  добивать. Ну а последовавший уже после Блюхера визит Булина со Смородиновым и опечатывание сейфа – это уже как финальный аккорд, после которого и раздался роковой выстрел.

По легенде, которую озвучили Конквест и Волкогонов, Блюхер якобы приходил в первый раз к Гамарнику с требованием Сталина принять участие в суде над Тухачевским и Военными заговорщиками. Иначе тот сядет рядом с ними на одну скамью. Позволю себе в этом усомниться. Увидев Гамарника в числе судей, Военные заговорщики, зная его неподкупность и порядочность, скорее всего отказались бы от вырванных под пытками признаний, и процесс был бы сорван. А увидев среди судей одних своих врагов, они поняли, что надеяться не на что….

Сталину был нужен мертвый Гамарник. Он и получил мертвого Гамарника. А вот в роли маршала Блюхера в самоубийстве главного политкомиссара страны надо бы разобраться. Использовали ли его в темную, или он все делал сознательно. Пока не ясно.

 

Пармен Посохов

 

 

Loading...