Ровно 80 лет назад, 13 мая 1937 года, Сталин в последний раз принял в своем кабинете в Кремле опального маршала Тухачевского, снятого накануне с должности Первого заместителя наркома обороны и отправленного с понижением в Самару командовать второстепенным Приволжским военным округом. Беседа длилась 45 минут, с 17.05 до 17.50. Тухачевский добился аудиенции, чтобы выяснить, что произошло.

Существует 2 версии поведения Сталина. Согласно первой, вождь колебался. Не получив еще от Ежова убедительных доказательств того, что маршал готовит военный переворот, он согласился дать аудиенцию. Согласно второй, Сталин просто издевательски играл с обреченным маршалом в кошки-мышки. Он давно все для себя решил, но не мог отказать себе полюбоваться спектаклем, самим собой срежиссированным. Жить маршалу оставалось ровно месяц.
Дьявол кроется в деталях. А таких деталей было две. В качестве причины перевода в Самару Сталин указал Тухачевскому на то, что его любовница Юлия Кузьмина якобы оказалась немецкой шпионкой. А вторая деталь была вообще издевательской. Начальником политуправления Приволжского военного округа, то есть теперь замом Тухачевского по политчасти, теперь стал армейский комиссар 2 ранга Лазарь Аронштам, у которого в свое время Тухачевский отбил жену Нину Гриневич.

Скорее всего, Сталин игрался с обреченным маршалом. Хотя, отметим, серьезных показаний против него на тот момент не было, кроме информации, выбитой из арестованного накануне комбрига запаса Медведева, уволенного из армии еще 3 года назад. Этого было мало, хотя задача Ежову наверняка уже была поставлена.
Заметим, что Медведева судили отдельно несколько дней спустя после процесса “Военных заговорщиков”. На суде он от всех данных на следствии показаний отказался. Что, впрочем, ему не помогло, приговорили к расстрелу и расстреляли.

До сих пор идет спор, был ли в реале заговор Тухачевского, или дело было сфальсифицировано Ежовым.
В 1957 дело “Военных заговорщиков” было пересмотрено, все обвинения с маршала и его подельников были сняты, поскольку никаких доказательств преступного заговора с целью совершить государственный переворот, кроме самооговоров, не было. Не говоря уже про собственные признания арестованных военначальников о своей работе на западные разведки… Официально Тухачевский, Якир, Уборевич и другие “заговорщики” были полностью реабилитированы и объявлены невинными жертвами эпохи “Большого террора” времен культа личности.
Прошло время. И сегодня, в условиях, когда идет беспрецедентная атака на Победу СССР в Великой Отечественной войне, на Верховного Главнокомандующего И.В.Сталина, под руководством которого была одержана эта победа, и шельмуется все что можно, эта атака вызывает закономерное отторжение у подавляющего большинства народов Российской Федерации, oтветивших на эти поползновения на народную память “Бессмертным полком” и беспрецедентным ростом популярности Генералиссимуса, которому русский народ простил все. Простил за Победу, которая стала основной духовной скрепой нашей нации.

Но, “Большой Террор” 37 – 38 годов ни из истории, ни из памяти не выкинешь. Тема массовых сталинских репрессий вечна. Ее будут поднимать постоянно. И прежде всего потому, что до сих пор нет убедительных объяснений того, что послужило причиной “Большого террора”, каковы были истинные мотивы произошедшего. Ни сталинская версия, что чистили страну от врагов народа, от переродившейся и продавшейся Западу верхушки, ни хрущевская, что репрессии дело рук карьериста Ежова и политического авантюриста и провокатора Берии, сегодня никого уже не удовлетворяют. Нужна правда, а ее нет. И прежде всего потому, что большинство документов той эпохи до сих пор в открытом доступе отсутствуют, а в архивы смогли проникнуть единицы. Одним из них был историк Юрий Жуков, который в книге “Иной Сталин” выдвинул свою версию Большого террора.

Безусловно, Юрий Жуков талантливейший адвокат Сталина, его книгу надо читать всем. Она на многое открывает глаза. Но, опять же повторюсь, что дьявол кроется в деталях. Открывая нам глаза на суть происходившего тогда, некоторые моменты он умело обходит, и прибегает к весьма уязвимой аргументации, ухватившись за некоторые детали которой можно если не развенчать, то поставить под сомнение весь проделанный автором титанический труд.
Юрий Жуков дает множество интервью, его популяризируют и раскручивают. Его ролики на Ю-тубе собирают сотни тысяч просмотров. Но вот некоторые детали!

Изучив архивы, Жуков утверждает, что заговор Тухачевского был. Но был как бы вторичен к заговору Енукидзе-Петерсона, которые намеревались использовать маршала в качестве временной фигуры. Ну почти как Сиейес хотел использовать генерала Бонапарта для разгона Директории. Что из этого вышло, общеизвестно. Енукидзе с Петерсоном были людьми образованными, этой истории не знать не могли, второй раз на те же грабли вряд ли бы наступили, особенно зная неприкрытый бонапартизм Михаила Николаевича. Не могло быть этого по определению. Жуков в эту версию почему то поверил, хотя мне, например, очевидно, что ее могли изобрести только креативные, но не очень то образованные чины НКВД с местечковым прошлым.

Жуков просто очарован следствием, выведшим Тухачевского на чистую воду. В одном из своих многочисленных интервью он сказал дословно следующее: «Когда арестовали Тухачевского, шли профессиональные серьезные допросы, и он не мог опровергнуть обвинения. Он признал вину без побоев, без пыток. На Лубянке сидели умные, серьезные люди. И они вели допросы очень профессионально. Это видно по документам.»

В том, что документы, читай протоколы допросов, были составлены профессионально, я не сомневаюсь. Их же Вождю носили читать. А тот за непрофессионализм безжалостно наказывал. Но вот насчет всего остального… Не мешало бы приглядеться поближе к персонам следователей НКВД и их руководителей. Их имена Юрий Жуков почему то от нас скрывает. Только тезис о умных и серьезных людях, профессионально ведших допросы.

Итак, начнем сверху. Глава НКВД Генеральный комиссар Госбезопасности товарищ Ежов Николай Иванович в особых представлениях не нуждается. Личность эпическая. На него мы тратить время не будем. Как и на его Первого зама комкора Фриновского, начальника Главного управления Государственной Безопасности. Он получил должность Первого зама в апреле 1937 года, как раз накануне начала Большого Террора. До этого он руководил Главным управлением Погранслужбы НКВД. Руководить следствием, это не его. Он несколько из другой оперы. Погранслужба все таки другую специфику имеет, как и командование Дивизией имени Дзержинского, где он тоже отметился.

Непосредственно раскруткой дела Тухачевского руководил комиссар Госбезопасности Израиль Моисеевич Леплевский.
леплевский
Цитируем Википедию. Источник не очень то надежный, но основные вехи биографии отражены верно: «Родился в Брест-Литовске в еврейской рабочей семье. С 1910 член Бунда. С 1917 член РСДРП(б). С января 1918 — сотрудник Самарской ЧК. В 1918—1919 зам. председателя Екатеринославской ЧК. Начальник Подольского губотдела ГПУ (с 16 февраля 1923), начальник Одесского Особотдела (27 октября 1925 — 5 июля 1929), начальника ОГПУ СССР. Организатор фальсифицированного процесса Дело «Весна». Нарком внутренних дел БССР (декабрь 1934 — ноябрь 1936) и УССР (июнь 1937-январь 1938). Входил в группу руководителей НКВД, организовавших процесс над Г. Е. Зиновьевым и Л. Б. Каменевым. Один из главных организаторов процесса над М. Н. Рютиным и Второго Московского процесса над Радеком и др. Организатор массовых чисток в РККА. Один из главных организаторов Третьего Московского процесса. В декабре 1937 года избран депутатом Верховного Совета СССР. В апреле 1938 уволен из НКВД и 28 апреля арестован как «участник фашистского заговора в НКВД». 28 июля расстрелян на полигоне «Коммунарка» по приговору ВКВС. Реабилитирован не был.»

Интересно, Жуков знакомился с делом врага народа Леплевского? А что если фашистский заговор в НКВД тоже был в реале! Тогда дело «Военных заговорщиков» предстает совершенно в ином свете. И профессионализм приобретает некий зловещий оттенок. Вопросы начинают возникать разные. Только почему то не у Юрия Жукова.

Леплевский наследил знатно. Особенно на Украине, куда его отправили руководить чистками сразу же после суда над Тухачевским вместо Всеволода Апполоновича Балицкого, занимавшего пост Наркома НКВД УССР до Леплевского.
Первым делом по приезде в Киев И.Леплевский ликвидировал все кадры Балицкого. Пошли в расход заместители прежнего наркома Бачинский, Иванов, Карлсон, Кацнельсон, начальники ведущих отделов. Затем репрессии накрыли периферийные аппараты НКВД, как начальников, так и рядовых сотрудников. Всем им инкриминировали участие в подготовке военно-фашистского заговора против советской власти, шпионаж, вредительство и т.п. Потом очередь дошла до партийных и советских работников, интеллигенции, простых граждан. Летом 1937 г. по указаниям Ежова репрессии шли по спущенным на места лимитам-разнарядкам. Лица, попавшие под репрессии, делились на две категории: подлежащих расстрелу, или заключению в лагеря сроком от 8 до 10 лет и больше. Для ускорения и упрощения этого процесса повсеместно создавались так называемые «тройки». Первоначально для Украины был установлен лимит на 28800 человек. Из них 8 тысяч — на лиц первой категории. Леплевскому этого было мало. Он четырежды, в сентябре, октябре и декабре 1937 г., в феврале 1938 г выдвигал перед Москвой просьбы об увеличении лимитов, и каждый раз заявки удовлетворялись.

При Балицком на Украине расстреляли всего 264 человека. Леплевскому приписывают аж 120 тысяч человек! Причем украинские исследователи считают эту цифру заниженной. И такого замечательного человека Юрий Жуков пытался замолчать! Умный и серьезный профессионал Леплевский, ничего не скажешь!

А погорел по глупому. Во время пьянки с неким Маршаком Леплевский якобы брякнул, что есть у него сомнения насчет того, что Тухачевский был врагом народа. Маршак проснулся первым и стукнул куда надо… И Леплевского не стало.

Непосредственным следователем, ведшим арестованного Тухачевского был капитан госбезопасности Зиновий Маркович Ушаков-Ушимирский. Как и Леплевский, из местечковых евреев. Родился 25 октября 1895 года в местечке Хабное в Киевской губернии в семье плотника. В 1905−1909 годах учился в хедере. В 1909−1916 годах работал в мануфактурной торговле, затем плотником. В 1916−1917 годах призван в царскую армию, дезертировал; арестован полицией; сидел 50 суток в Радомысльской тюрьме, откуда сбежал. В марте 1918 года добровольцем ушел в Красную армию… С 1 декабря 1920 года в ВЧК. Боролся с контрреволюцией в Киевской, Волынской, Житомирской, Одесской, Донецкой ГубЧека. При наркоме НКВД БССР Леплевском работал в Белоруссии заместителем начальника особого отдела С 9 февраля 1935 года по декабрь 1936 года. Леплевский и перетащил его в Москву помощником начальника 5-го отдела ГУГБ НКВД СССР, которым он стал с 28 января 1937 года.

Работал очень эффективно. Помимо Тухачевского, его клиентами были маршал Егоров, командармы Якир, Уборевич, Белов,такие видные деятели компартии как Постышев, Косиор и Эйхе.

Главным методом работы было зверское истязание. Арестованный впоследствии Фриновский утверждал, что «В ведомстве хорошо знали что Ушаков усиленно применяет меры физического воздействия к подследственным. Я как-то просил его прекратить истязать подследственных. Но Ушаков не сдержался и продолжал истязать подследственных.»
Эйхе Ушаков выбил глаз. Видимо он был законченным патологическим садистом.

5 сентября 1938 года по приказу нового заместителя народного комиссара внутренних дел СССР Лаврентия Берии арестован в Хабаровске по обвинению в троцкизме и шпионаже в пользу Германии и был феврале 1940 года расстрелян.
Любопытно, что следователи вырвали у Ушакова признания, что он заставил оговорить себя маршала Егорова, а также вырвал у Военных заговорщиков показания на застрелившегося комиссара Гамарника. Ни первого, ни второго Сталин тем не менее не реабилитировал. Как и командарма Белова. Белов все отрицал на очной ставке в присутствии Сталина. После чего его отдали Ушакову, и тот сознался уже на следующий день. Ушаков позже признал, что силой заставил Белова оговорить себя.

Возвращаясь к делу Военных заговорщиков во главе с Тухачевским, надо отдать Ушакову должное. Именно он вдумчиво и профессионально (по Жукову) поработал с комкором Фельдманом, который 19 мая 1937 года дал показания против Тухачевского и Якира, после чего 21 мая было принято решение ЦК ВКП(б) об аресте Тухачевского и других. Тухачевского Ушаков начал допрашивать 25 мая, а уже 26 мая он признался. 30 мая Ушаков получил Якира….
Нетрудно догадаться, что после «профессиональных и серьезных допросов» тот тоже во всем сознался.
Многие задают себе вопрос, каким образом так быстро Ушаков смог сломать тертых мужиков, прошедших горнило Гражданской войны и ничего не боявшихся. Есть сведения, что заплечных дел мастера средневековья – щенки по сравнению с Зиновием Марковичем. Дыба, раскаленный металл слишком сложно и долго. Ушаков действовал воистину креативно. Он, например, просто сажал подследственного на табуретку. На перевернутую табуретку. Голой задницей. Это примерно то же самое, что посадить на кол. Через полчаса жертва была готова подписать все что угодно. Главное было не переусердствовать. С комкором Эйдеманом явно переусердствовали. Об этом свидетельствовал присутствовавший на процессе Буденный. Бедняга Эйдеман с трудом вставал и передвигался. Но это, впрочем, другая история.

А пока вернемся к утверждениям Юрия Жукова, что «Когда арестовали Тухачевского, шли профессиональные серьезные допросы, и он не мог опровергнуть обвинения. Он признал вину без побоев, без пыток. На Лубянке сидели умные, серьезные люди. И они вели допросы очень профессионально. Это видно по документам.»

А что, собственно говоря видно по документам? Как на кол сажали там не напишут. Могут написать, например, что маршал Блюхер скончался в лазарете Лефортовской тюрьмы от тромба, и заплечных дел мастера тут не причем. Россия – страна с огромными традициями. У нас Петр III от геморроидальных коликов преставился, и Павел Петрович от апоплексического удара. Иного в архивах не напишут. А вы верьте, верьте.

Пармен Посохов

 

P,S. Фото Ушакова-Ушимирского не сохранились

 

Loading...