6 апреля 1939 года,  78  лет назад, был снят со всех постов и арестован  командарм 1 ранга, нарком Военно-морского флота Михаил Фриновский. Через 6 дней за ним последовали в тюрьму его жена Нина Фриновская, аспирантка Института истории АН СССР, и сын-школьник, ученик выпускного  10 класса московской спецшколы №2 Олег Фриновский.

Олег Фриновский, которому инкриминировали участие в контрреволционной молодежной группе и подготовку покушения на товарища Сталина,  осудили и расстреляли 21 января 1940 года. Причем осудили по высшему разряду.  Его дело рассматривала Военная коллегия Верховного Суда СССР. Этой чести удостаивались немногие.

фриновский сын

Его мать, Нину Степановну, тоже уважили. 2 февраля 1940 года по  обвинению в «сокрытии преступной контрреволюционной деятельности врагов народа» (видимо мужа и  сына) Военная Коллегией Верховного Суда СССР приговорила ее к смертной казни. Приговор был приведен в исполнение  3 февраля 1940 года.

фриновская жена

И только на следующий день, 4 февраля 1940 года, Военная коллегия Верховного Суда СССР добралась до главы семейства, Михаила Петровича, которого тоже приговорили к смертной казни и в тот же день шлепнули.

фриновский нарком

Всех троих сожгли в крематории при Донском кладбище в Москве.

Жестоко.  Невозможно представить, что испытывал  командарм Фриновский во время суда. Для меня очевидно, что о расстреле сына и жены ему безусловно сообщили еще до его начала, чтобы сломать и добить окончательно.  Ну а про то, что пережила его жена, лучше вообще не думать.

Никогда, ни до, ни после, во время Сталинского Большого Террора с родственниками высокопоставленных жертв так не расправлялись.  Жен Тухачевского, Гамарника, Якира и Уборевича расстреляли в 41-м, в условиях, когда в ожидании возможного военного поражения зачищали концы. 16-го, между прочим, октября. Вспоминайте, что это был за день. А так вполне вероятно, что они пересидели бы в лагерях и ссылках положенное и вернулись бы домой. Но война распорядилась по своему.  Детей же пощадили. Светлана Тухачевская, Виктория Гамарник, Владимира Уборевич и Петр Якир, не говоря уже о многих детях военначальников рангом пониже, пройдя ссылки, впоследствии были реабилитированы и вернулись домой живыми.

После падения Лаврентия Берия, его жену и сына даже не посадили, а отправили в ссылку в… Киев! Хотя, казалось бы, вполне могли свести с ними счеты за деяния отца. Не свели. А вот Фриновских с особой жестокостью.  Не пощадили даже несовершеннолетнего Олега. И сделал это именно тогдашний нарком НКВД Лаврентий Берия, которому сейчас ставят в заслугу то, что именно он остановил маховик репрессий и вернул на свободу из заключения многих их тех, кого еще расстрелять не успели, Рокоссовского например.

Лаврентий Берия был поставлен Сталиным на НКВД  после Ежова, которому и приписывают организацию и раскрутку Большого террора 1937 – 1938 годов. Ежов был отправлен в отставку с поста наркома 25 ноября 1938 года, по собственному желанию, после поданного 23 ноября Сталину рапорту об отставке. На его место был назначен его Первый заместитель Лаврентий Берия, возглавлявший до этого в структуре НКВД  Главное управления государственной безопасности, которое, собственно говоря, и проводило массовые репрессии.  Первым замом Ежова Берия, переведенный в Москву из Грузии, где он был Первым секретарем  ЦК, стал 22 августа 1938, а ГУГБ он возглавил 8 сентября 1938 г., вместо другого Первого заместителя Ежова, которым являлся…. Михаил Петрович Фриновский, переведенный на другую работу.  Фриновский ушел с повышением.  Он возглавил Наркомат ВМФ вместо арестованного Петра Смирнова, позже, уже в бытность наркомом НКВД Берии, расстрелянного.   При этом Фриновскому было присвоено звание Командарма 1 ранга, минуя Командарма 2 ранга, из Комкоров.

Обратим внимание, что звание у Фриновского было армейское.  В госбезопасности была своя градация.  Верхушка носила звания от майора госбезопасности и выше, до комиссара госбезопасности 1 ранга.  Фриновский же делал карьеру не там.  Два года с 1928 по 1930 он командовал отдельной дивизией особого назначения имени Ф. Э. Дзержинского при коллегии ОГПУ СССР, а с 1933 по 1937 год возглавлял Пограничную службу СССР.  Она несколько раз меняла названия, и я их перечислять не буду. Ну а до 1928 года Фриновский занимал ответственные посты в Особых отделах ЧК-ОГПУ Первой конной армии, на Украине и Северном Кавказе.  Тут надо сказать, что в ЧК Фриновского перевели после того, как из-за тяжелых ранений списали из армии. Первое ранение, после которого еле выжил, он получил во время Октябрьского переворота в Москве, во время штурма красноармейцами Кремля, а второе на полях Гражданской.  То есть Михаил Петрович не был изначально партийным функционером, и в начале своей карьеры не щадил, как называется, живота своего и был заслуженным бойцом.

фриновский молодой

И вот 15 апреля 1937 г. Фриновский назначается  первым заместителем наркома внутренних дел СССР Ежова Николая Ивановича во главе Главного управления государственной безопасности НКВД СССР, которое, собственно говоря, и развязало Большой террор.  И когда мы говорим о Ежовщине,  на самом деле следует говорить в Фриновщине, ибо  именно Михаил Петрович был закоперщиком массовых репрессий и организатором знаменитых Московских процессов.

фриновский и ежов

Для начала Фриновский начал чистить армию. Бывший наш резидент в Западной Европе Вальтер Кривицкий, оказавшийся весной 1937 года в Москве, пытаясь понять, что происходит,  в своих мемуарах вспоминает, как зашел к Фриновскому.

- Скажите, что происходит? Что происходит в стране? — добивался я от Фриновского. — Я не могу выполнять свою работу, не зная, что все это значит. Что я скажу своим товарищам за границей?

- Это заговор. Мы как раз раскрыли гигантский заговор в армии, такого заговора история еще никогда не знала. Но мы все возьмем под свой контроль, мы их всех возьмем. Нам теперь стало известно о заговоре с целью убийства самого Николая Ивановича (Ежова).

Никаких доказательств Фриновский не привел. Засучив рукава, он начал действовать. 22 мая был арестован  маршал Тухачевский, 31 мая застрелился начальник Главного политического управления РККА армейский комиссар 1 ранга Гамарник. Оба были замами наркома Ворошилова. И пошло, и поехало.  Флоту тоже досталось. Были арестованы и расстреляны главные флотоводцы тогдашнего СССР, флагманы флота 1 ранга Орлов и Викторов, затем Фриновский добрался и до наркома ВМФ Смирнова.  И вот тут Сталин на освободившееся место ставит самого Фриновского,  резко, как я уже упоминал, повышенного в звании из комкоров в командармы 1 ранга.

Старая как мир истина гласит, что если хочешь избавиться от человека, то его надо повысить в должности.  Сталин, несомненно, уже тогда решил от Фриновского избавиться.  Образно говоря, “утопить”.  Вот и кинул на ВМФ, что называется на “пожар”.  А перед этим, еще весной 1938 года, шеф Фриновского, Николай Иванович Ежов, был по совместительству назначен наркомом речного флота.  Тоже явно с прицелом на последующий отстрел.  Что-то, видимо, Сталин испытывал к водной стихии (говорят он мог часами смотреть документальный фильм как Гранд Флит выходит из Скапа Флоу). Неспроста все это. Одного на гражданский флот бросил, другого на военный, а потом шлепнул обоих.  Ну просто дьявольский сценарий. Любил вождь подобные рокировочки с постановками.

Надо сказать, что Михаил Петрович тоже не чурался режиссуры, действовал с огоньком, выдумкой и задором. Вот, например,  Спецсообщение М.П. Фриновского И.В. Сталину о «диверсионной» деятельности германских спецслужб при помощи ворон от 20.07.1937:

31 мая с.г. на Ладожском озере была убита ворона, на которой обнаружено кольцо за № Д-72291 с надписью «Германия». Одновременно с этим вблизи дер. Русыня, Батецкого района, Ленинградской области, коршуном сбита ворона, на которой имелось кольцо за Д-70398 также с надписью «Германия». Надо полагать, что немцы при помощи ворон исследуют направление ветров, с целью использования их в чисто диверсионных и бактериологических целях (поджог населенных пунктов, скирд хлеба и т.п.).”

Тут мне вспоминается бессмертное обвинение из рассказа Ильи Зверева “Защитник Седов”, где судили зоотехников-вредителей за покушение на доярок-стахановок с помощью временно сбесившегося быка. Подобной бредятины, как мы видим, было предостаточно.  Но, всего хорошо в меру. А тупой исполнитель воли вождя Фриновский, видимо, меры не знал, Сталину подобные откровения, скорее всего, надоели, и, вместо классического “уймись дурак”,  верного служаку отправили перед закланием на повышение.

А может быть дал ему последний шанс.  Беда была в том, что морское дело Фриновский не знал совсем, и единственное, в чем мог преуспеть, так это в репрессиях во вновь вверенном ему ведомстве.  А руководить по делу ему помогали замы, например Начальник Главного Морского штаба Лев Галлер.  Без Галлера никуда.

Вот, например, читаем выписку посещений кабинета Сталина за 1939 год:

- 10-го января 1939 года товарищ Фриновский зашел в кабинет Сталина в 17ч 25мин , а вышел в 19 ч. 45мин.  Вместе с Галлером.

- 19-го января 1939 г. товарищ Фриновский зашел к вождю в 20ч 50мин, вышел в 21ч 35мин. На этот раз весте с Трибуцем, командующим Балтфлотом.

- 8-го февраля 1939 г. Товарищ Фриновский зашел в 21 час а вышел в 22ч. 25мин.  Зашел вместе с Галлером, а вышел один. Галлер вышел пораньше, в 21 ч. 40 мин.

Видимо того попросили удалиться, чтобы не подсказывал, как в известном фильме Табачный капитан. И чтобы без подсказчика дурь наркома была видна. В кабинете тогда находилась  вся верхушка Политбюро – Молотов, Ворошилов, Хрущов, Берия.  Очень похоже на публичную порку.  Наступил очередной акт трагикомедии.

10—21 марта 1939 года в Москве проходил ХVIII съезд Всесоюзной коммунистической партии (большевиков).  Фриновский на нем присутствовал. Но это была его лебединая песня.  Там же был в числе делегатов адмирал Кузнецов.  Когда к нему подошел Молотов и поинтересовался, не хочет ли товарищ Кузнецов выступить, тот сказал, что это было бы логичнее сделать Наркому. На что Молотов съязвил, что Нарком не знает о чем говорить, и вы  набросали бы пока тезисы своего выступления. Вскоре после этого в перерыве в фойе к Кузнецову подошел сам Сталин, и, протянув бумагу, попросил ее прочесть.  На бумаге было заявление Фриновского  с просьбой освободить от должности ввиду полного незнания морского дела.

Это был конец.  Осталось дождаться последнего акта драмы. Кузнецову сказали принимать дела, но принимать было не у кого.  Фриновского пока еще официально не сняли, на работе его не было, по слухам он сидел на даче и беспробудно пил. Кузнецову верить можно. Другим нельзя.

Небезызвестный Резун-Суворов арест Фриновского описывает  так, что в один прекрасный день его же личный шофер с его же штатной охраной вместо того, чтобы после работы отвезти его домой на Пречистенку, отвезли его на Лубянку.  По другой версии Фриновский в ожидании ареста забаррикадировался дома и долго не желал открывать дверь. По третьей версии его с трудом повязали несколько человек во главе с замом Берии Богданом Кобуловым, который лично сбил Фриновского с ног и навалился всем телом, после чего тому с трудом надели наручники.

Михаил Петрович был мужчина богатырского телосложения.  В молодости примыкал к анархистам. С тех пор на его теле красовались смачные татуировки, а речь изобиловала тюремным жаргоном.  Резун-Суворов приписывает ему уголовное прошлое, но это не так. Эксами он не занимался. Более того, дед его был священником и сам он одно время учился в духовной семинарии. Ну и конечно, никаким евреем он не был, к большому огорчению наших ура-патриотов, приписывающих Большой террор их злому умыслу.

Поместили Фриновского в знаменитую Сухановку, самую страшную политическую тюрьму тогдашнего СССР.  Туда же через 6 дней привезли жену и сына.  В тюрьме Фриновский подписал все, что от него хотели.  Но тут версии расходятся. По первой его сломали пытками, по второй он, прекрасно понимая, что его ждет,  отрешенно без лишних разговоров подписывал все, что ему подсовывали.  Непонятно только, почему он не пытался спасти семью. А может и пытался, но их участь была определена заранее.

Во время Большого Террора  именно Фриновский разработал методику, как поступать с женами и детьми врагов народа.  Ежов с ним согласился, а Сталин утвердил.  Напомним, что жен врагов народа ссылали, а детей отправляли в детдом или спецприемник.  Такая практика имела место и на момент ареста Фриновского. Более того, Берия ее смягчил. Но не в отношении семьи бывшего наркома ВМФ.  Тех отработали по полной.  Жене приписали недоносительство, а для сына создали целую молодежную контрреволюционную организацию.  В нее входило помимо него еще несколько молодых людей, в том числе сын Евдокимова, еще одного зама Ежова, перешедшего вместе с ним из НКВД в Наркомат речного флота.  Ребятам приписали контрреволюционную деятельность и попытку покушения на Вождя из-за того, что они озлобились на Советскую власть после ареста отцов.  А вот тут уже нестыковка. Если Евдокимова взяли еще осенью 1938 года и у сына было время все осознать и озлобиться, то Олега Фриновского взяли через 6 дней после отца. Выходит, что парень за 6 дней умудрился озлобиться, создать антисоветскую организацию, да еще вдобавок план покушения на Сталина разработать. Парня откровенно жалко, как и его мать. Еще не успели мужа осудить за вредительство, а ее уже за недоносительство расстреляли. И все это с ведома Лаврентия Берии. Так что не будем Лаврентию Павловичу приписывать гуманизм и остановку механизма репрессий.  Сказочник и режиссер был еще тот.

 

Реабилитировали Нину Степановну и Олега Фриновских в начале 1956 года.  Михаила Петровича нет, слишком одиозен и замаран кровью.

Их судьба показательна.  За грехи главы семьи она безжалостно отыгралась на его близких.

 

Пармен Посохов

 

Loading...